Господин Фицек
- Автор: Гидаш Антал
- Серия: Господин Фицек #1
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- Переводчик: Агнесса Кун
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Господин Фицек». Краткое содержание книги:
Все это он произнес голосом, полным отчаяния, выкатив глаза. Усы его дергались то вверх, то вниз, в словах слышалось такое страдание, что Швитцер нашел лучшим на время спрятать свою собственную боль. Он посмотрел на маленького взволнованного человечка и наклонился над мраморной плитой кассы, зажав седеющие виски руками.
— Я, господин Фицек, советую вам пойти к Важони. Он друг бедных маленьких людей. Поговорите с ним. Он умный человек. Страшно умный человек. Это будет вернее всего…
Господин Фицек стукнул себя по лбу, как будто нашел врата спасения.
— Спасибо, дорогой сосед! — Он сжимал, тряс красные, распухшие пальцы Швитцера. — Спасибо, дорогой сосед! Я пойду… Ни минуты медлить не буду…
И Фицек устремился на улицу так, как будто от этого зависели его жизнь и счастье. Пальто у него расстегнулось и летело за ним, он быстро переставлял короткие ноги.
Горели газовые фонари, и над домами щурились звезды.
«Поможет, непременно поможет. Не может быть, чтобы он не помог такому человеку. Я расскажу ему: «Господин адвокат… нет, — господин депутат… нет, — милостивый государь. Да! Перед вами отец семейства, отец семейства, желающий обеспечить счастье своих детей честным трудом, а его хотят съесть… сожрать… Не покидайте меня, господин депутат, умоляю вас, ведь вы же друг маленьких людей!..»
И он уже видел, как Важони встает в парламенте. Мертвая тишина. Депутаты ждут его речи; министры волнуются. Сейчас… Сейчас… Руки приставляют к ушам, складывают их горстью, чтобы лучше слышать. И Важони говорит: «Уважаемый парламент! Страшная несправедливость гнездится в нашей стране. Знает ли об этом император? Король и император Франц-Иосиф, наверное, не знает, иначе он не позволил, не потерпел бы ее. Здесь находится Ференц Фицек». И вот Фицек вылезает из-за скамьи и со страдальческим лицом озирается. Сердца депутатов всего парламента вздрагивают от жалости… И он шепчет: «Господа депутаты, господа министры…»
Эти воображаемые картины завершались всегда одним и тем же: Кобрака арестовывают, филиал его закрывают…
Господин Фицек вбежал по лестнице дома на бульваре Терез и позвонил. Сердце его колотилось.
— Я хочу говорить… с господином депутатом.
— Господин депутат будет дома только через час. Присядьте, пожалуйста.
— Я желаю вступить… в демократическую партию.
— Позвольте, но здесь это невозможно сделать, это адвокатская контора.
— Но, сударь, помогите мне, мне необходимо срочно вступить… Мое сердце принадлежит Важони… Срочно!
Секретарь проглотил улыбку. «Что за чудило такое?» — подумал он.
— Пожалуйста! Вот вам анкета, заполните ее и возьмите с собой.
— Я оставил дома очки, не могу писать… Я сапожник, ремесленник Ференц Фицек… с десятью подмастерьями. Я продиктую вам…
Секретарь адвоката, пока заполнял анкету, думал: «Сапожник небось в стельку пьян».
Наступила тишина. В этот поздний вечерний час в конторе адвоката уже не было никого. На стене висел написанный маслом портрет Лайоша Кошута. Горели два газовых фонаря. Слышался шум проносившихся трамваев. Фицек тяжело вздыхал:
— А как вас величают, сударь?..
— Я секретарь адвоката, доктор Карпати.
— Господин доктор, эта демократическая партия… помогает ремесленникам?
— Только она и помогает, господин Фицек, она одна и помогает.
— Господин доктор, речь идет о счастье семьи.
Секретарь положил в карман пилочку для ногтей и наклонился к Фицеку.
— Видите ли, господин Фицек, каждому ремесленнику, принадлежащему к демократической партии, сейчас важнее всего познакомиться с основными вопросами национального сопротивления. Без этого вы не можете вступить в демократическую партию. Это отвечает жизненным интересам ремесленника. Вы усвоили их?
— Жизненные интересы?.. Да, господин адвокат, в этом как раз и дело… Жизненные интересы. Если вас это не слишком затруднит, быть может, вы расскажете мне?
— С удовольствием объясню, только слушайте внимательно… Одиннадцатый параграф двенадцатого закона тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года гласит: «Вследствие конституциональных княжеских прав его величества в области военного дела все, что относится к единому командованию и внутренней организации всей армии и, таким образом, венгерской армии, как дополнительной части всей армии, передается в распоряжение его величества». Ну вот, это является законом, относящимся к соглашению, — продолжал доктор Карпати. — Я надеюсь, что вам все понятно?