Крым [СИ litres]

Егеря из внешней цепи опустили нацеленные на развалины ружья.

Всего в этом бою было убито двадцать два мятежника. Вместе с ранеными десять человек попали в плен. И только четверо, те, что были взяты внутри, оказались без серьезных ранений. Самое отрадное, что среди них был и сам атаман с его помощником.

– Где человек со штуцером? Повторяю: где тот человек, у которого остался вот такой же штуцер, как и этот?! – Алексей показал атаману захваченное ранее итальянское винтовальное ружье. – Советую говорить только правду! Это в ваших же интересах. И если кто-то из приближенных расскажет нам все раньше вас, то вот ему это обязательно зачтется!

– Вы сохраните мне жизнь, если я вам помогу? – блестя лихорадочно глазами, спросил Алексея самый старший из мятежников.

– Я могу дать вам слово русского офицера, что буду хлопотать за вас перед своим самым большим начальником и еще перед ханом, – ответил Егоров. – Вы, наверное, и сами понимаете, что Шахин Гераю будет очень трудно мне отказать после того недавнего случая на горной дороге. Вы ведь понимаете, о чем я сейчас говорю?

– Понимаю, – кивнул атаман. – Хорошо, я вам верю, но постарайтесь сдержать свое слово. А теперь слушайте. Как зовут того, второго со штуцером, по-настоящему, я не знаю, для всех нас он назывался на турецкий манер Ибрахимом. Но сам он точно не турок. Уж мои люди это совершенно отчетливо поняли, – покачал головой атаман. – Говорили оба чужестранца на турецком совсем не плохо, но все равно не так, как настоящие, природные османы, и чувствовалось, что это вовсе не родной для них язык. Кстати, тот первый чужестранец, который погиб на горной дороге, называл себя Хюсейн, и он явно был старшим во всей этой паре стрелков. Так вот, в мой отряд, – продолжал свой рассказ Джафер, – они пришли где-то в конце месяца мая, и привел их с собой один мой хороший знакомый, что и сейчас проживает в Кафе. При встрече они сказали, что если мы поможем им совершить покушение на деспотичного хана и если оно будет удачным, то новый повелитель, заступивший на освободившееся место, сделает меня мурзой, а всех остальных моих воинов он щедро озолотит. И для начала они передали нам два больших кошеля с серебром, а потом еще вручили пять хороших, новых ружей, пообещав всех в отряде вооружить вот такими же за это лето. Свое слово они сдержали, и два раза мы принимали в бухте за мысом Алчак партии оружия и боевых припасов.

– Вам передавали их прямо в бухте? – уточнил слушающий со всем вниманием атамана Егоров.

– Да, именно так, в бухте, – подтвердил Джафер. – Мы сигналили с берега, и к нам подходили большие лодки от стоящего недалеко в море османского корабля. Вот в них-то и было это оружие, порох и свинец. А для тех двух чужеземцев турки передавали на бумаге послания и какие-то особые припасы в специальных больших сумках. Два раза после этого они совершали нападения на русские отряды в отдалении, в степной и в предгорной части. В горах они не нападали, потому что чужие люди со штуцерами были против этого. И сами они на те вылазки тоже не ходили, а только лишь изучали окружающую нас местность.