Вот Жизнь Вечная: Жития и чудесные видения святых Василия Нового и Григентия, архиепископа Эфиопского

— Возлюбленное чадо мое, встань и пойдем отсюда, ибо так показалось разумным для тех, кто призвал тебя святым призванием.

Тогда Григентий, закрыв книгу, тут же поднялся и обнял сего чудесного мужа, облобызал его пречистые руки, стопы и грудь с почтением и любовью, приняв на себя благовоние божественного мира, которое исходило от несказанных одежд его. И потому всегда говорил о нем дивный Григентий, что как благоухает зрелое драгоценное яблоко, груша, персик или айва, так всегда пахли одеяния его! И потому, обняв его, сказал он ему:

— Прикажешь мне, господин мой, попрощаться со священником господином Стефаном? Сегодня не дома он, а в церкви.

Тот же говорит ему:

— Нет, чадо мое, поспешим уйти, ибо уже и судно готово к отплытию: как бы не ушло оно, оставив нас! А этому человеку, который с радостью принял тебя и приютил тебя сердечно, воздаст Бог многие блага хлебом, вином и елеем для всей его земной жизни, а в нескончаемой жизни будущего века мир Божий всегда пребудет с ним.

Сказав это, запечатлел он десницей своей дом священника Стефана, достойного призвания своего, взял за руку блаженного Григентия, и спустились они к побережью. Там, найдя приготовленное судно и договорившись с моряками, взошли на него и, подняв большой парус, отчалили.

А Григентий читал Псалтирь и, вспоминая о разлуке своей с родиной, плакал. И когда пришел час молитвы, встали они оба и со страхом и радостью совершили ее. Моряки, видя их благочестивое поведение, относились к ним очень почтительно и заботились о них, стараясь не мешать святым путникам, когда совершали они свое духовное правило. А когда задул сильный ветер, поплыли они быстро, проплыв мимо многих мест и городов, и наконец, миновав Рим, достигли Медиолана100. Сойдя с корабля, пешком они направились в город.

В Медиолане некий благочестивый христианин по имени Никита с радостью принял их в своем доме, ибо был он весьма гостеприимен и милостив. Когда устроились они, дивный покровитель Григентия ушел под тем предлогом, что надо ему довершить дело в Лергенции, что в тридцати милях от Медиолана, и потому попросил Никиту, чтобы остался у него Григентий, покуда не вернется он. Христолюбивый же Никита принял его с готовностью и, видя благое, нравственное и христолюбивое настроение Григентия, а также добродетельное житие его, весьма возлюбил его, так что было ему больше невозможно расстаться с ним. Связали их, таким образом, братские узы, и ходили они вместе в церкви и молились там. И предпочитали они более всего епископскую церковь, ибо в ней каждый день шла по чину служба в присутствии священников и людей, которые собирались для прославления Господа и исполнялись радостью и ликованием, когда внимали сладости священных псалмов и гимнов.