Сочинения в четырех томах. Том 3
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- Переводчик: Михаил Иосифович Гилинский
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
В третий том вошли романы «Перелом» и «Ставка на проигрыш».
Люк-Джон сопел, потирая веснушчатой ладонью сильно выступающий на шее кадык, и, опустив тяжелые веки, изучал письмо из «Тэлли». В моем контракте с «Блейз» были свои ограничения: сочинять книги — пожалуйста, сколько угодно, но для того, чтобы написать статью для другого журнала или газеты, нужна санкция Люка-Джона, добиться которой было нелегко.
Дерри столкнул меня со стула и уселся на него сам. Бывая в конторе только по пятницам, я не имел постоянного места и при каждом удобном случае пользовался столом моего более молодого коллеги. В верхних трех ящиках у него хранились целая библиотека из программок скачек и полбутылки виски, а в нижнем — сотни две пурпурных сердечек и каталог порнографических фильмов — свидетельство того, каким лихим парнем хотел казаться Дерри, а вовсе не тем законопослушным, умеренным и несколько отрешенным молодым человеком, каковым он являлся на самом деле.
Облокотившись о край стола, я прислушивался к стрекоту пишущих машинок и телефонным звонкам: неделя катилась к субботе. По вторникам учреждение замирало, в субботу, казалось, здесь гудит рой растревоженных ДДТ мух. По пятницам я сидел в «Блейз», по субботам ходил на скачки. Воскресенье и понедельник — официальные выходные. Со вторника по четверг я измышлял какую-нибудь возбуждающую умы тему и писал. По пятницам относил материал Люку-Джону, а потом редактору — читать и править.
Результат — тысяча слов в неделю, груда бранных писем и чек, не покрывающий и части моих расходов.
Люк-Джон спросил:
— А кто у нас идет на скачки, ты или Дерри?
— Я! — выпалил Дерри в ту же секунду.
— Ты как, Тай, не против? — вопросительно взглянул на меня Люк-Джон.
— Нет, конечно. Этот сложный гандикап как раз по его части.
Люк-Джон поджал и без того тонкие губы и вымолвил (неожиданная щедрость!):
— В «Тэлли» хотят всю подноготную, намеками тут не отделаться. Что ж, почему бы тебе не поработать на них, если есть желание.
В нижнем углу листа он нацарапал жирное «О'кей» и подписался.
— Только уж будь другом, — добавил он, — если раскопаешь помойку, попридержи для нас.
Вот она, цена твоему проклятому благородству, желчно подумал я. Душа Люка-Джона всецело принадлежала «Блейз», и пробным камнем всех решений было — может ли это прямым или косвенным образом послужить газете. Время от времени каждого из сотрудников спортивного отдела безжалостно приносили в жертву на этот алтарь. Отсроченные отпуска, несостоявшиеся свидания, упущенные возможности — ничто не волновало его ни на йоту.
— Само собой, — коротко ответил я. — И спасибо.
— Как жена? — спросил он.
— Спасибо, прекрасно.
Он не забывал осведомиться об этом каждую пятницу. Почему бы не проявить вежливость, раз «Блейз» это ничего не стоит? А может, это и впрямь его волновало? Волновало только потому, что могла пострадать работа, если она чувствовала себя не «прекрасно».
Я завладел телефоном Дерри и набрал номер.
— Журнал «Тэлли». Чем могу служить? — Девичий голос, ровный, утомленный, с западнокентским акцентом.
— Я хотел бы связаться с Арнольдом Шенкертоном.
— Простите, кто его спрашивает?
— Джеймс Тайрон.
— Минуту… — Щелканье, пауза. — Соединяю.
Столь же ровный, интеллигентный голос назвал себя Арнольдом Шенкертоном из отдела очерков. Я поблагодарил за письмо и сказал, что готов принять предложение. В меру приветливым тоном он проронил, что это очень мило с моей стороны, а я, в свою очередь, добавил:
— Если, конечно, оплата будет приемлемой.
— Ну, разумеется. Сколько же вы хотите?
Придумай цифру и помножь на два.
— Двести гиней плюс расходы.
Люк-Джон поднял брови, а Дерри присвистнул.
— Вот разбогатеет!
— Наши доходы весьма ограничены, — жалобным голосом заметил Шенкертон. — Сто гиней абсолютный предел.
— Я плачу огромные налоги.
По проводу донесся тяжкий вздох.
— В таком случае сто пятьдесят. Но очерк должен быть хорошим.
— Постараюсь.
— От вашего старания газета прогорит. Нам нужен стиль и интуиция, а не скандал. Ясно?
— Ясно, — согласился я, нимало не обидевшись. — На сколько слов?
— Это центральный материал. Примерно три с половиной тысячи.
— А иллюстрации?
— Закончите работу, и я свяжу вас с одним из наших фотографов.
— Прекрасно, — вежливо заметил я. — Каковы сроки?
— Номер идет в печать… Так, сейчас посмотрим… Двадцатого ноября. Значит, ваш материал мы должны получить самое позднее утром семнадцатого. Но чем раньше, тем лучше.