Пляж на Эльтигене
- Автор: Ржешевский Александр Александрович
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Пляж на Эльтигене». Краткое содержание книги:
Оба произведения писателя были тепло встречены читателями и литературной критикой.
Повстречались в поезде. Ехали домой из Тишкова — Поленька, измученная приготовлениями к школе, и Надюшка, счастливая от покупок, сжимавшая крепкой ручонкой новый портфель. Увидев Павлика, она расцвела, косички разлетелись в стороны. Встала с места и замахала ручонками, отчего Павлик с добрым, покорным выражением прошел между рядами к ним и уселся напротив.
Следом протопал Чернуха, гремя медалями, ехали, оказывается, вместе. Но Поленька смотрела только на Павлика и опять чем больше вглядывалась, тем яснее видела, как сквозь плывущие перед глазами знакомые черты проступает совсем другой человек, незнакомый, непонятный.
Надюшка принялась показывать карандаши, тетради, учебники. Павлик спрашивал ее про учебу, про подружек, с интересом разглядывал новые ленты, точно их приобретение было для него столь же важно, как для маленькой девочки. Казалось, они были совершенно поглощены друг другом. Но Поленька чувствовала, что и ей надобно о чем-то говорить.
Бесконечные шатания по очередям измучили ее, и чем больше старалась она казаться веселой и счастливой, тем сильнее чувствовала свою неустроенность и усталость. Павлик, напротив, выглядел крепче, уверенней, Чернуха посматривал вокруг с победоносным видом, будто только что вернулся с войны. И давние обиды вновь проснулись в Поленьке. Лихорадочно заблестели глаза. Она удивилась вслух наградам Чернухи, потом опять обернулась к Павлику. Вспомнили погибших ребят. То, что говорилось, была их жизнь. Она никуда от них не уходила, и чем сильней отодвигало ее время, тем ясней и чище виделось прошлое. Поэтому разговор раскрутился подобно взрыву, в одну минуту, точно участники его заранее готовили, что сказать, и давно ждали встречи. Поленька крепко держала в уме то письмо, в котором Павлик рассказывал о последней ссоре с друзьями. Это было перед выброской на Эльтиген. Она уже привыкла к мысли, что Эльтиген стал той гранью, за которой окаменела и оделась равнодушием к ней душа Павлика. Она ни за что бы не призналась, что с неприязнью относится к воспоминаниям о Чулюгине и Гурьянове, считает их, а не себя причиной всех последовавших бед. Чернуха же с Павликом увлеклись. Вспоминали смешные, добрые стороны в характерах и привычках друзей. Поленька слушала внимательно и участливо, стараясь не пропустить свой черед. И ей удалось наконец с непринужденной веселостью задать вопрос, который готовила давно:
— А чего же вы добились на Эльтигене?
— Как «чего добились»? — помолчав, спросил Павлик.
Поленька улыбнулась очаровательно, роняя заранее приготовленные и взвешенные слова:
— Ну все же? Высадились, потом вышли к Азовскому морю и уплыли восвояси?
— Накрутили фашистам хвоста, нагнали паники, этого мало? — бодро воскликнул Чернуха. — «Огненная земля». Ты слыхала такое название? Это Эльтиген.
Поленька не удостоила его ответом. Самоуверенный вид Чернухи раздражал ее. Мишка стал ответственным райисполкомовским работником, но Поленька помнила, с чего началось возрождение, считала, что и ей он обязан, ее верным советам. И то, что Чернуха ни разу ни одним словом не обмолвился об этом, настраивало ее на враждебный лад. Хотя где-то втайне она чувствовала, что надо отвыкать от прежних привычек, что люди называют Чернуху Михаил Михайлович и относятся к нему уважительно. Она обратила к Чернухе лицо, взглянула на него бесхитростно и прямо:
— А чем кончилось? Крым-то пришлось освобождать заново…
Она глядела на Чернуху, но ждала, что скажет Павлик. И Павлик откликнулся:
— Гитлер хвастался на весь свет, что сделал Крым неприступной крепостью. Нам сказали, что самое главное и важное — форсировать и преодолеть Керченский пролив. И мы это сделали. Триста восемнадцатая дивизия и батальон морской пехоты, которые десантировались в первый день, сражались на Эльтигене тридцать шесть суток. Немцы думали — там наша армия наносит главный удар. Поэтому против нас было брошено все: артиллерия, танки, авиация. Немецкие корабли блокировали с моря все подходы к Эльтигену. Когда мы прорвались на Митридат и захватили часть Керчи, с гансами началась истерика. Они собрали все, что могли, били по нашим позициям и гнали солдат, не считаясь с потерями. А под Жуковской и Еникале наши в это время перебросили втрое больше войск и в шесть раз больше орудий. Десант закрепился и продержался до весны сорок четвертого года, когда началось общее наступление и немцам закрыли выход у Перекопа.