Пляж на Эльтигене
- Автор: Ржешевский Александр Александрович
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Пляж на Эльтигене». Краткое содержание книги:
Оба произведения писателя были тепло встречены читателями и литературной критикой.
Адрес взял, своего не оставил, и Поленька только позже сообразила, что никаких писем не будет.
После отъезда Владислава Одесса показалась ей маловата и пуста. Она решила побывать на Кавказе и взяла билет на теплоход.
Первую половину путешествия наслаждалась морем и солнцем на верхней палубе. Потом погода испортилась, и в довершение обрушившихся тягот их так жестоко тряхнул шторм, что Поленька сошла досрочно в Керчи, едва живая. Как ни показалась ей Керчь неприютной под сырым падающим небом, от дальнейшего морского путешествия Поленька отказалась, рассудив, что нет ничего лучше твердой земли.
Скоро она убедилась еще в одной житейской мудрости. Какой бы долгой полосой ни тянулись неприятности — а Поленька сошла на пристань с парохода в самом разбитом состоянии духа, — удачи тоже приходили чаще внезапно, там, где она их не ждала.
Зайдя на почтамт, Поленька познакомилась с двумя прелестными женщинами. С пустяка началось знакомство: «Кто последний? Я за вами». А все сразу устроилось, и квартира, и питание, и море.
На почте она отбила телеграмму сослуживице, Ларисе Карповне, человеку неистовой прямоты, правдолюбцу и борцу. Поленьке удавалось с ней ладить, вернее, умело сдерживать бурную заботу старухи. По совету Ларисы Карповны она оставила ей часть денег, которые теперь захотела получить.
Новые знакомые, Тоня и Соня, обитали за Керчью, в Старом Карантине. В пути познакомились ближе. Соня была моложе Поленьки, Тоня постарше, темперамент оказался обратно пропорционален возрасту. Тоня все время тараторила, Соня больше молчала или поддерживала подругу улыбкой. Обе они были влюблены в Керчь, в море. Фруктов, по их словам, было много, квартиры вдвое дешевле, чем на остальном Крымском побережье, а вода ничуть не хуже.
Слушая и кивая, Поленька думала, что ей вовсе не так нужны фрукты и дешевые квартиры, а главное — вот это человеческое, дружеское участие, которое ни оценить по достоинству, ни забыть невозможно. Она уже воображала, что всю жизнь будет благодарна этим женщинам, и никак не предполагала, что горячая дружба и взаимность могут длиться лишь один сезон.
Наутро, покинув уютный домик в саду, они пошли на берег. Море Поленьке решительно не понравилось. Стоя на обрывистом берегу, новые подруги восторгались сине-изумрудной водой Керченского пролива, а Поленьке не нравилось именно то, что это был пролив. Хотелось почему-то отдохновения и простора, но взгляд упирался в противоположный край земли. Поленька даже видела рассыпанные по берегу побелевшие на солнце домики: там была Тамань. Дальше, скрытый облаками и туманом, плыл Новороссийск.
Пока не пришли деньги, она не могла тронуться с места и несколько дней, скрывая разочарование, ходила на пляж. Море было холодным. Минувший шторм выворотил глубинные слои и нагнал их к берегу. Дул пронизывающий ветер. Только вжавшись в раскрошенный ракушечник, можно было ощутить наконец блаженное тепло.
— Тебе не нравится пролив? — сказала Тоня. — Мне, наоборот, интересно. Ощущаешь перспективу, видно знаменитую лермонтовскую Тамань. Там памятник установили? Да? Нет? Ведь, с одной стороны, Лермонтов прославил Тамань на весь мир, а с другой — он писал, что Тамань самый скверный городишко. Верно?
Захохотав, Тоня перевернулась на спину, подставив солнцу мокрый от пота живот с прилипшими ракушками. Смежила веки, щурясь на небо.
— По мне, лучше ничего не надо, — произнесла она томно. — Даже мужчин не надо. Многие бабы тут сходят с ума, а я отдыхаю.
Не ответив, Поленька сгребла ракушечник и уронила голову на горячий холмик. Тоня с решительностью поднялась и прикрыла кофточкой обожженные плечи.
— Если хочешь настоящее море поглядеть, поедем в Героевку, — сказала она.
Поленька стремительно перевернулась:
— Сейчас?
— Бросьте пороть горячку, — простонала Соня и забила ногами. — Завтра. Только ведь легли. До обеда я не сдвинусь с места.
— Сейчас, — повторила Поленька с решительностью, ощущая потребность в действии, чувствуя, что поездка и новые впечатления необходимы, а созерцание пролива на холодном берегу не способно пробудить ничего, кроме скуки.
14
Был тот же день, всего лишь два часа спустя, и Поленька смогла убедиться, какое оно, настоящее море. Там, в проливе, берег трепала мелкая волна. Здесь из глубины, куда не доставал глаз, двигались огромные валы, увенчанные вдоль пляжа от горизонта до горизонта гребнями ослепительно белой пены.
— Раньше это местечко называлось Эльтиген! — восторженно кричала Тоня, стараясь пересилить шум моря и радуясь, что Поленька тоже довольна и смотрит перед собой восторженными глазами, потемневшими от хлынувшего света, от блеска пены на подбегавших горбатых волнах.