Порожденная Грехом 2 [ЛП]

— Ты пытался убить меня столько же раз, и это старая история. Теперь ты с Марселлой.

— Я был с Марселлой, когда ты надеялся убить меня, распространяя информацию об Эрле.

Лицо Луки потемнело. Он был зол? Может, ему нужно попробовать немного побыть на моем месте.

— Я сказал тебе после того случая, что больше так не поступлю. Я не приказывал своим людям убивать тебя. Я прямо сказал им, чтобы они считали тебя одним из нас и защищали тебя, как защищали бы друг друга.

— Странный способ защитить меня.

— Я позабочусь о том, чтобы этого больше не повторилось, можешь на это рассчитывать, — твердо сказал он, и я действительно поверил ему.

Может, Марселла повлияла на меня.

— Что ты собираешься делать с Пеппоне и Опущенно-Глазым?

Лука посмотрел на меня с легким весельем.

— Гаэтано.

— Я не потружусь запомнить его имя сейчас, учитывая, что он умрет скоро, как и его друг Димо.

— И ты собираешься быть тем, кто убьет их, как ты убил Димо?

— Не надо меня корить за то, что я убил одного из твоих солдат, ладно? Это была моя

жизнь против его жизни, и мне очень нравится оставаться живым. А двое других действовали против твоего приказа, поэтому полагаю, что они будут наказаны соответствующим образом. Разве смерть не является наказанием за такой проступок?

— Не всегда. Я не убиваю каждого солдата, который мне не подчиняется, это зависит от тяжести проступка.

Я кивнул.

— Тогда, думаю, им не придется бояться смерти, учитывая, что они пытались убить только Уайта.

Лука оглянулся на Марселлу и Маттео, которые наблюдали за нами со своего места у фургона, который к этому времени уже трясся.

— Кто-то, должно быть, очнулся, — сказал я.

— Тогда позволь мне с ним поговорить.

Я вытащил ключи из джинсов и бросил их Луке, который поймал и кивнул. Он направился к фургону, а я последовал за ним на несколько шагов. Я чувствовал себя измотанным, все тело болело. Уже второй раз за последние недели мое тело получило несколько травм. Я действительно нуждался в отпуске.

Марселла подошла ко мне с озадаченным видом.

— Почему ты улыбаешься? Вы с папой все выяснили?

— Да, вроде как прояснили, и я улыбаюсь, потому что думаю об отпуске.

— Только если ты возьмешь меня с собой.

Я коснулся ее талии.

— Конечно.

Лука отпер фургон и распахнул дверь. Пеппоне чуть не вывалился наружу. Должно быть, это он стучал в дверь. Когда он увидел Луку, его лицо на мгновение осветилось, прежде чем он заметил меня.

— Отведите их обоих в камеру, — приказал Лука.

— Капо! — позвал Пеппоне, но Лука проигнорировал его, так как двое вышибал схватили Пеппоне и все еще бессознательного Опущенно-Глазого и потащили их внутрь Сферы.