Прямой эфир
- Автор: Стасина Евгения
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Прямой эфир». Краткое содержание книги:
Он мое наваждение. Моя первая любовь и первое разочарование. Я его тень, навязчивая поклонница, готовая на все ради одного взгляда. Когда достигаешь желаемого, главное суметь удержать в руках долгожданный подарок судьбы, жаль поняла я это слишком поздно… Так что, когда моя семейная жизнь рассыпается в мелкую крошку, единственное, что мне остается — говорить. Долго и откровенно. В прямом эфире.
Тот месяц, что они провели в Испании, лишь обострил мои инстинкты — каждый вечер, когда рабочий день подходит к концу, я тороплюсь домой, находя спасение от досаждающих мне мыслей в компании этих неповоротливых девчушек.
Стыдно ли мне за то, что я лишил Лизу возможности видеть, как они растут? Конечно. Но лишь до того момента, когда в памяти воскресает день, ставший последним в нашей с ней истории…
— Папа? — Катя сонно моргает, устроившись в моих руках, и отправляет в рот палец, неплохо обходясь без соски.
Кладу малышку в кроватку, заботливо прикрывая одеяльцем, и, побеседовав с няней, покидаю детскую, плотно прикрывая дверь, на которую жена налепила наклейки с различными животными. Немного странное зрелище, совсем не вписывающееся в интерьер дома, но всякий раз, когда я разглядываю изображение слона с нелепым желтым бантом на шеи, не могу справиться с наваливающимся на меня разочарованием — чтобы не говорила Лиза, когда-то мы были счастливы, а теперь мне остается лишь вспоминать о том времени, натыкаясь глазами на совместные снимки.
Я включаю телевизор спустя две минуты после начала шоу. Знаю, что могу перемотать, но желаю видеть ее здесь и сейчас, в режиме реального времени.
— Вообще, как возникла идея заняться раскруткой Татьяны Петровой? — не знаю, о чем они говорили ранее, но теперь жадно ловлю каждое слово, слетающее с женских губ, подведенных вишневой помадой. Не припомню, чтобы когда-то супруга пользовалась подобным оттенком.
— На тот момент я не работала. Занималась ремонтом дома, — собственноручно, но об этом она предпочитает смолчать. Согласилась лишь на двух помощниц, помогающих ей выкрашивать стены в оттенки, над которыми долго билась, наугад смешивая краски…
— Терракотовый, — мазнув по стене валиком, Лиза замирает, прикладывая указательный палец к щеке, и склоняет голову набок.
— Слишком… ярко, — выношу свой вердикт и старательно сдерживаю улыбку, заметив, каким возмущением загораются глаза жены.
Мы стоим посреди пустой комнаты, в будущем обещающей стать моим кабинетом, и разглядываем цвета, беспорядочно нанесенные на шпаклевку. Оливковый, голубой и тот самый бледно-красный, словно выгоревший на солнце, который явно пришелся по душе супруге.
— Подразумевается, что я должен сам выбрать, ведь так? Мне же потом здесь работать.
— Конечно, — соглашается, но я легко распознаю огонек на дне ее глаз — упертая, и нам предстоит не один день поспорить о дизайне помещения. — Но быть чутким мужем, который идет на уступки любимой женщине совсем не зазорно.
— А я именно такой. Что если выкрасить этим цветом спальню?
— Нет. Она у нас будет персиковой. Я уже и материалы заказала.
Вздыхает, откладывая инструменты на застеленный прозрачной пленкой стол, и садится на столешницу, забрасывая ногу на ногу.
Женись я на другой, давно бы жил в комфорте. Привлек бы к ремонту бригаду специалистов и не существовал бы в таких спартанских условиях, когда спишь в гостевой и бо́льшую часть времени проводишь на кухне, потому что гостиная еще не готова. Но в этом есть своя прелесть. Три комнаты, которые были закончены на прошлой неделе и уже заставлены мебелью, выглядят именно так, как представляла их Лиза. Частичка ее присутствует даже в мелочах.
Подхожу ближе, приподнимая перепачканный подбородок женщины и целую уголок поджатых губ, уже устраивая свободную руку на ее бедре.
— Может, займешься чем-то другим? Тебе вовсе не обязательно делать это самой. Наймем профессионалов, раздашь задания и будешь следить за процессом, потягивая лимонад, — теперь утыкаюсь носом в ее шею, вдыхая аромат сладких духов, и расслабляюсь, когда женские ладошки ложатся на мои плечи.
Скользят по спине, обтянутой футболкой, и спускаются ниже, пряча пальцы в задних карманах моих джинсов.
— Нет уж. Пока во мне есть запал, буду трудиться сама.
За эти три месяца я слышал это раз двадцать. И, если быть честным, наверняка бы удивился, сдайся она и согласись бросить свое начинание на половине пути.
— Ты невыносима.
— Разве? — льнет ко мне, раздвигая ноги, чтобы я мог подойти ближе, и отдается моим ласкам, в запале опрокидывая на пол ванночку с валиком.
— У меня к тебе дело, — чуть позже, когда мы вместе сматываем перепачканную пленку, укрывающую паркет, Лиза смущенно краснеет, удивляя меня не на шутку. — Это касается Тани…
— Тани? — задумываюсь и киваю, когда голос Лизы кидает мне соломинку.