Электронная книга - «Позывной "Хоттабыч"». Краткое содержание книги:
Но жестокосердной судьбе и этого оказалось недостаточно! Он возродился в прошлом, на алтаре горнила минувшей войны под острым ножом жреца Черного Ордена СС. Но он выжил и вновь встал на защиту Отечества. Несмотря на то, что это даже и не его мир. И не его страна. И не его война. Но свобода и справедливость любого мира дорогого стоят, их не грех и кровушкой окропить…
— А этим словам, между прочим, уже несколько тысячелетий! Ничто не ново под луною [1]!
[1] Строки из стихотворения «Опытная Соломонова мудрость, или Выбранные мысли из Екклесиаста» Николая Михайловича Карамзина.
— Действительно, — согласился с Петровым генерал–майор. Был бы верующим, сказал бы — чудны дела твои, Господи [2]!
[2] Перифраз цитаты из «Поучения» Владимира Мономаха: «Велик ты, Господи, и чудны дела твои. Разум человеческий не может постигнуть чудеса твои».
— Давай ближе к телу, Семен Иванович! — Вернул задумавшегося генерала в «рабочее русло» Петр Петрович.
— Значит, тебе нужно в кратчайшие сроки инициировать деда? — переспросил начальник училища.
— Нам, товарищ генерал–майор! — ненавязчиво поправил собеседника оснаб. — Мои полномочия предусматривают постановку задач неограниченному кругу лиц, если это потребуется для выполнения задания!
— А оно потребуется… — вздохнул Младенцев.
— Уж, извини, Семен Михайлович — служба такая!
— Я вот о чем размышляю, — произнес Младенцев, — ведь у старика уже не первый «Всплеск»?
— Невозможно сказать это с точностью, — покачал головой оснаб. — Если принять за точку отсчета уничтожения группы Аненербе — то не первый.
— А если не первый, то он уже должен был спонтанно инициироваться! Ведь заморозил он того капитана…
— Заморозил, — подтвердил оснаб. — Еще неожиданный и спонтанный «Всплеск» случился, когда мы пытались разобраться, что же на самом деле произошло в самом начале…
— И какой направленности? — Тут же подобрался генерал–майор.
— Тектонико–геологической! — не скрывая кривой улыбки, произнес оснаб. — Всю Москву так тряхнуло…
— А так вот что это за землетрясение было! — воскликнул Младенцев. А мы тут себе всю голову сломали! Хоть и в Подмосковье расположение, а и нас знатно тряхнуло!
— Только его «аура» и после этого осталась «девственно» чистой! Словно он только–только пробудился! А что там произошло в действительности — мы не знаем! Эти участки памяти не открылись даже после вмешательства группы Капитонова–Мордовцева!
— Силен дедок! Теперь понятно, отчего наше командование на тебя так надавило! Ну и задачку ты мне подкинул, товарищ оснаб… — Задумался генерал–майор. — Но жесткая инициация в нашем случае не вариант — не выдержит дед… Хоть ты и уверяешь, что он крепкий старик.
— Но на многомесячные медитации у нас нет времени! — возразил оснаб.
— И это тоже проблема… — Генерал–майор забарабанил пальцами по столу.
— Есть предложения?
— Ну, можно попробовать, постепенно расшатать его психику… — слегка поморщившись, произнес Младенцев. — Не грубо, но методично — не допуская резкого обострения чувств…
— Сколько времени на это потребуется? — «в лоб» спросил начальника училища Петр Петрович.
— Ну… месяц–два, в зависимости от психического состояния старика.
— Две недели, Семен Иванович — больше не могу!
— Месяц, Петр Петрович! Не меньше, если хочешь, чтобы все боле менее нормально прошло… Хотя, какая тут нормальность? Нормальные Силовики месяцами к инициации готовятся!
— Согласен, нормальностью тут даже и не пахнет! Месяц, Семен Иванович! Пойми — больше не могу!
— Попробуем, — не особо горя энтузиазмом, — ответил генерал–майор. — Да где, черт возьми, носит этого Болдыря?
— За дверь посмотри, — улыбнулся оснаб. — Он там мучительно недоумевает, чем таким мы с тобой тут занимаемся.
— А ты откуда?… А, ну да — все время забываю о твоих возможностях. Что, и через стены в чужие головы залезать можешь?
— Увы, — «виновато» развел руками Петров, — служба такая.
— Никанор Фомич! — рявкнул во всю мощь генерал–майор, что даже стекла в окнах задребезжали. — Зайди!
Дверь распахнулась, и в кабинет вошел бравый усатый «фельдфебель»:
— Тащ генерал–майор, старший наставник Болдырь по вашему приказанию прибыл!
— Вольно, Никанор Фомич, — ответил Младенцев, — проходи — садись. Поговорим «без чинов» — все мы тут одно дело делаем.
— Здравия желаю, товарищ оснаб! — В отличие от начхоза Пасичника, старший наставник был «прекрасно» знаком с Петровым и был прекрасно осведомлен, какими возможностями обладает этот неприметный товарищ, в военном френче без всяких знаков отличия. Осведомлен был еще с той, «первой», войны.
— И тебе не хворать, Никанор Фомич! — кивнул, словно ровне, бывшему белому фельдфебелю Петр Петрович.
Именно за такое отношение к «нижним» чинам, и дорожил своим знакомством с оснабом Никанор Фомич Болдырь. Он прошел к столу и занял свободный стул.
— В общем, дело такое, Никанор Фомич, — произнес Семен Иванович, — ты нашего нового курсанта уже видел?