Ребус [litres]

В личнике Дитра была написана дата рождения, которая никак не могла принадлежать взрослому мужчине, и ответил:

– Я лишь хочу узнать, где сейчас находится омм Ребус.

– Омм Ребус, – с презрительным выражением лица чуть не выплюнул охранник, – надирается где-то за Стеной с контрпатриотами.

Другой охранник, услышав их разговор, все-таки сплюнул на землю. Его коллега продолжал:

– А гражданин Ребус уехал по Тракту Свободы в столицу бюрократов на демонстрацию. Вы из прессы?

– Это полицейский, Валлен, – прошипел сзади женский голос. – Ищейку-то я сразу учую.

Дитр обернулся и увидел до ужаса знакомую женщину. Он знал ее взрослой, с одной пустой дыркой в ухе и одной серьгой, он видел ее почти каждый день. Она помогала ему вертеть Ребусом, отвлекая его от привычных развлечений недочеловеческого извращенца, пропихивая в прессу сложные ругательства Дитра. Та, кого Дитр привык видеть шеф-глашатаем полиции Конфедерации, стояла перед ним – еще не такая закостенелая в своей профессии, но оттого куда более импульсивная и увлеченная своим собственным виденьем всемирной правды. Двадцатилетняя глашатай Керла Генмиса тянула к нему свой длинный, пронизывающе дышащий нос, который чуял ищеек без ошибки.

– Обыскать? – ухмыльнулся плюющийся охранник и двинулся к Дитру.

– Он искал «омма Ребуса», – жестко проговорила Керла, – так пусть и отправляется к нему за Стену.

Охранник Валлен свистнул куда-то в направлении двора. Там, где раньше стоял прудик с фонтаном для водосвинки, все засыпали мелким камнем и поставили столы, за которыми курили несколько человек в странных плащ-кафтанах и беретах с голубой звездой. К Валлену подошли двое дюжих, как доминионцы, парней.

– Глашатай требует вывести этого человека за Стену, она почуяла в нем полицейского бюрократов, – сообщил Валлен.

Здоровяки отсалютовали девушке жестом, которым обычно на собраниях и процессах брали слово чиновники и законники. Один из них был довольно неуклюж и чуть было не сшиб себе берет, глашатай беззлобно хихикнула. Дитр никогда не видел, чтобы она хихикала без ехидцы, но, наконец, он видел ее уже пятидесятилетней.

Парни, которым Дитр решил не сопротивляться, довольно любезно взяли его под локти и повели куда-то в сторону тракта, ведущего к агломерации. Дитр стряхнул их руки, сказав, что не собирается никуда сбегать.

– Да и некуда, – преувеличенно пробасил один из конвоиров, – здесь нет бюрократов, которые могли бы вас защитить. Граждане ВСГ сдают всех агентов вражеского режима гвардии.

– Граждане чего? – не выдержал Дитр.

– Всемирно-свободной Гралеи, – терпеливо пояснил здоровяк. – Похоже, он не на задании, Гоббел, – обратился он к напарнику.

– Но раз сюда сунулся, значит любопытный. Кто-то убивает вас, бюрократских, – грозно заявил он Дитру, – но я не хочу портить свое посмертие и превращаться в голод и болезни по окончании телесного. И хотя гражданин Ребус говорит, что в убийстве злостного нарушителя свободы нет ничего плохого, я…