Любава

— Ох, милок! Как дед-то? Видал ты его? А к нам Анечка приехала, и лавку вон привезла! Видал ты? — затараторила она, цепляясь за его руку и заглядывая ему в лицо снизу вверх, буквально тащила его в дом. — И гостинцев стока привезла! И всем гостинцы-то! А я ей говорю — дед-то наш в больнице, а она уж ехать хотела, тебя тока ждала… Как дед-то?

— Нормально, привет передавал, все хорошо, баб Мань! И автолавка — это здорово! И Анну я рад видеть, — подходя к порогу и с улыбкой глядя на гостью, ответил Илия.

— И я рада видеть побитого жизнью джентльмена, — улыбнулась Анна, и, подойдя ближе, протянула ему руку для пожатия. — Я смотрю, неделя была продуктивной у всех. Новостей море. Кто первым будет делиться?

При слове «делиться» перед глазами Илии встали конфеты, лежащие на столе, и он чуть побледнел. Это не укрылось от внимательного взгляда Анны. Брови ее чуть сдвинулись, взгляд стал вопросительным. Илия чуть качнул головой, глазами показав на старушку, рассказывавшую Анне, как она испугалась за деда, и, если бы не Илюшенька… Веки Анны чуть дрогнули в знак согласия.

— Ну что же вы встали-то? Пойдем, пойдем чай пить! Да ты и голодный небось! Пойдем, щец щавелевых сварила, тебя ждала, — тянула Илию за руку баб Маня. — Пошли! Анечка, ну хоть ты ему скажи! — воззвала она к Анне за помощью. — Совсем ведь не ест ничего. Ты гляди, похудел-то как! И утром не позавтракав ведь умчалси, и сейчас до вечера ничего есть не станет, да и вечером поест ли? — старушка осуждающе покачала головой. — А щи-то какие хорошие, с молодого щавелька, с крапивкой да яичком свеженьким!

— Батюшка, надо щец отпробовать. Щи и правда замечательные получились. Я таких вкусных никогда и не пробовала, — не подвела ее Анна.

— Потом, вечером, после службы и поужинаю, — начал Илия, но Анна нетерпеливо прервала его:

— Чем быстрее пообедаете, тем быстрее перейдем к делам. На голодный желудок и голова плохо работает, — строго взглянула на него Протасова. Ее колючий взгляд ясно показывал: споров и неповиновения она не потерпит.

— Сдаюсь, — поднял руки Илия и пошел в дом. Довольная баб Маня, ласково погладив Анну по руке, посеменила следом.

Плотно пообедав — старушка дорвалась, и при поддержке Анны заставила его поесть как следует — Илия с Анной отправились к нему, пообещав баб Мане обязательно зайти перед отъездом.

Сев в Ниву и подождав, когда Илия займет водительское сиденье, она, взглянув на него, коротко сказала:

— Рассказывай.

— Ну что рассказывать? Храм строится с Божьей помощью, строители больше не чудили, Петрович вот подкачал, правда… — взглянув на нее, начал Илия.

— Угу… — задумчиво кивнула Анна. — Неудачная попытка. Пробуем еще раз. Синяк откуда? Вернее, синяк понятно — по виску чем-то тяжелым вскользь ударили, глаз заплыл из-за этого удара. Кто? И вот только пожалуйста, Илия, не надо унижать меня враньем! Я уже не говорю, что священнику лгать попросту не пристало, — поморщилась Анна.

Припарковав машину, он повернулся к ней.