Жар под золой
- Автор: фон дер Грюн Макс
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Николай Николаевич Бунин
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Жар под золой». Краткое содержание книги:
Год близился к концу.
Мы не стали наряжать елку, и если бы работа на кладбище не напоминала мне о предстоящем рождестве, сам бы я о нем и не вспомнил.
А погода стояла весенняя.
Только в сочельник утром я спохватился, что забыл купить подарок для Хелен. Поскольку в последнее время она любила накидывать поверх платья шаль с бахромой, я купил ей большой шелковый платок в крупных цветах, обернул его в подарочную бумагу и в первый день рождества положил этот пакет на ее тарелку.
Увидев мой подарок, она хлопнула себя по лбу, побежала наверх и вернулась с двумя пакетами. Один она дала мне. Я получил книгу Брема «Путешествия по Африке», а другой пакет она положила на тарелку Клаудии, так как до сих пор неизменно накрывала стол на троих.
Настроение у нас было далеко не праздничное, потому что после открытки из Ниццы мы ничего не знали о Клаудии, если не считать того случая, о котором рассказал нам Франк.
В тот же день мы с Хелен, не сговариваясъ, пошли гулять в сторону кладбища. Перед чугунной калиткой — главный вход на праздники запирали — мы повернули обратно. Мне было приятно снова, как прежде, погулять с Хелен.
На обратном пути я взял курс на пивную Паяца.
— Только не сегодня, Лотар, завтра — пожалуйста, а сегодня не оставляй меня одну.
Возвращаясь с далекой прогулки, мы остановились перед домом Пфайферши.
На голубой елке, которую я сам же и сажал, когда кто-то подарил ее Пфайферше, горели электрические свечи, Габи и старуха, держась за руки, пели перед освещенным деревом:
— О елочка, о елочка!
Мы оба, Хелен и я, с трудом удержались от смеха. Войдя в переднюю, я увидел на полу телеграмму, которая упала в щель для писем. Я поднял телеграмму, покачал на ладони и торопливо вскрыл: «Счастливых праздников тчк Клаудия».
Отправлена телеграмма была из Парижа.
Хелен взяла телеграмму у меня из рук, а я сказал:
— Хоть тысячу раз читай, слов не прибавится.
— В нашем городе что-то происходит, — сказал Франк.
— Что? — спросил я.
За окном буря дергала крыши и ставни, а на двери у Франка раскачивалась на шарнирах крышка от почтового ящика.
Я пришел к Франку, чтобы пригласить его встречать с нами Новый год — мы с Хелен единодушно решили не бросать Франка одного в квартире, где, между прочим, уже ничто не напоминало о том, какая тут была грязь всего несколько дней назад: теперь здесь царила тягостная чистота, все было расставлено по местам, а в кухонную мебель можно было глядеться, как в зеркало.
— У тебя что, новая любовь? — спросил я, указывая на свежевыстиранные гардины.
— В нашем городе что-то происходит, — загадочно повторил Франк, пуская кольца синего дыма из сигары и одновременно поглядывая на чистые гардины. Он достал из холодильника две бутылки пива и бутылку водки, открыл пиво, налил водку в рюмки: — С Новым годом, Лотар, — и чокнулся со мной.
Мы быстро опрокинули свои рюмки, я даже передернулся, такой противной показалась мне водка, и погрузились в молчание. После третьей рюмки Франк еще раз изрек:
— В нашем городе что-то происходит. Понимаешь, Лотар, они называют себя Обществом нравственного обновления Германии. Название красивое. Чего нельзя сказать про общество. Ты о нем слышал или ты, кроме своего кладбища, ничего больше знать не желаешь? Может, ты уже сам зарыт в землю?
— Я все слышал. И даже лично знаком с одним из них... А что тебя так беспокоит? Политических утопистов во все времена было и будет навалом.
— Что меня беспокоит? Меня беспокоит, в частности, твой вопрос: что тебя беспокоит? То же самое спрашивают мои товарищи по партии, когда я с ними об этом толкую, и сами же отвечают: дураков не стоит принимать всерьез.
— Ну так ты придешь к нам сегодня вечером? — спросил я и встал.
— Можешь не опасаться, что я приду пьяный, я буду трезвый как стеклышко, так и передай Хелен.
У дверей он задержал меня.
— Лотар, у меня есть план, если выгорит, можешь считать, что Северный поселок спасен. Я расскажу тебе обо всем подробно, когда буду знать больше, чем сейчас, а пока я знаю недостаточно, и все это в основном догадки.
На улице меня подхватил ветер. Я собирался еще зайти к Пфайферше, чтобы пригласить к нам и Габи. А вдруг они помирятся — ведь праздники настраивают на мирный лад. На голубой ели в саду у Пфайферши с самого рождества круглосуточно горели свечи; учитывая феноменальную скупость старухи, это было более чем странно.
Франк явился трезвый, как и обещал. С легким поклоном он вручил Хелен букет белых гвоздик. Мы пили земляничный крюшон, который я приготовил еще днем, и без интереса смотрели какое-то ревю по телевизору, пока Хелен его не выключила со словами: