Жар под золой
- Автор: фон дер Грюн Макс
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Николай Николаевич Бунин
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Жар под золой». Краткое содержание книги:
Потом я вижу себя в могильной яме, я рою ее голыми руками и бросаю землю через край, а когда поднимаю голову, надо мной пролетает Франк с целым домом в руках.
Избавившись от этих снов, я после завтрака нехотя сажусь на велосипед и еду на кладбище. Но подлинную свободу я ощущаю лишь тогда, когда отвинчиваю стаканчик с термоса и аромат крепкого кофе наполняет будку.
Как-то после одной такой пропотелой ночи Хелен мне сказала:
— Плохо человеку твоего возраста иметь дело только с покойниками. Не мудрено, что тебе снятся такие жуткие сны. Поискал бы ты себе работу где-нибудь еще, чтобы иметь дело с живыми людьми.
Когда на другой день я спросил у Франка, могу ли я устроиться к ним, он ответил отрицательно.
— Я и сам, может, только потому туда попал, что состою в партии. Даже если ты в этой партии самая мелкая сошка, все равно. Поверь, Лотар, тысячи людей сказали бы спасибо, доведись им получить твое место. Умирают во все времена, ты это учти.
Около середины февраля Франк переехал в свой дом в Северном поселке.
Я помогал ему переезжать.
Габи и Пфайферша глядели с противоположного тротуара, как мы грузили кое-что из мебели и несколько ящиков в нанятый для этой цели фургон.
Вдруг Габи стремглав бросилась через улицу и вырвала у Франка из рук старое грубошерстное пальто зеленого цвета.
— Ну нет, это ты не получишь, это пальто Эберхарда, оно принадлежит мне.
Франк безропотно отдал ей пальто.
На другой же день в его опустевший дом въехало семейство, состоявшее из отца, матери и троих детей. Соседи по этому поводу скривились и начали поносить Франка, который подложил им свинью, потому что у всех детей был такой вид, будто они только-только вылезли из грязевой ванны.
— Какой идиотизм! — возмущалась и Хелен. — Ты еще вспомнишь мои слова: бульдозеры просто раздавят его. Он пытается один удержать гору. Когда город примет решение снести поселок, он его снесет: в правлении всегда сидят люди, которые готовы шагать по трупам. Мы с тобой это знаем, и Франк тоже должен бы знать. Это ж надо, какой болван!
— Хелен, я ведь тоже поначалу не понял Франка, а теперь понимаю: нельзя безропотно все терпеть — мы ведь не овцы, в конце концов, хотя и овцы брыкаются, когда их стригут.
Каждый день я сколько мог присматривал за склепом и особенно за людьми, которые перед ним останавливались.
Кладбище выглядело совсем по-зимнему, я расчищал после снегопадов только главные аллеи, а тропинки к отдельным участкам протаптывали сами посетители, и повсюду, на могильных камнях, на фигурах ангелов, Христа, девы Марии, выросли белые снеговые шапки.
Снег приглушал даже самое тишину.
А я ждал: работа на кладбище приучает к терпеливости, вот я и ждал, что кто-нибудь будет себя подозрительно вести у моего склепа, спрашивается только, до каких пор мне ждать.
Франк обосновался в своем новом доме, он сидел в самой сердцевине поселка, как паук в паутине. Жители приходили к нему с жалобами и просьбами, а поскольку февраль выдался очень холодным и по улицам часто гулял ледяной ветер, Франк привел свой дом в порядок только изнутри. Я лишь изредка ему помогал.
На фронтоне своего дома он укрепил трехметровый флагшток: возвращаясь домой, он поднимал над домом синий флаг, уходя, спускал.
Когда бы я ни пришел к Франку, я всегда заставал его спокойным, уравновешенным, и почти всякий раз в компании. У него вечно толпился народ, люди сидели в пустых комнатах на дощатом полу, выложенном коврами, которые Франк по дешевке скупил у выехавшего турка.
Чем больше я интересовался жизнью Франка и его планами на будущее, тем меньше мне была по душе моя работа, порой вдруг казалось, будто что-то я упускаю, в чем-то просчитался, чего-то недополучил.
Я поймал себя на том, что кладу в свой рюкзачок кельму и ватерпас, хотя на кладбище они мне наверняка не потребуются.
И тут вдруг я повстречал на кладбище Бальке. Впервые.
Я заметил, что сначала он хотел уклониться от встречи, но, когда увидел, что это невозможно, если, конечно, не пробираться по сугробам, ринулся мне навстречу с распростертыми объятиями:
— Ну и работенку ты себе подыскал — тут и до ста лет дожить не фокус, когда все время на свежем воздухе. Я недаром говорю, бывают люди вроде кошек: как ни упадут — не разобьются.
— Эй, Бальке, Бальке, не суетись. Ты что-нибудь ищешь? Не могу ли я тебе помочь?
— У моей матери сегодня день рождения. Вот я и принес цветов на могилку. Ты же их знаешь, бабье — они все такие, жена говорит, положено да положено. Даже когда снегу навалило на полметра, я говорю ей, что снег красивей любых цветов. Но чего не сделаешь, лишь бы в доме была тишь да гладь да божья благодать.