Цвет тишины
- Автор: Шуленина София
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Цвет тишины». Краткое содержание книги:
Это история о дружбе. О принятии, прощении, потерях, страхах, доброте и любви. Она о людях, которых мы считаем семьей, и о месте, которое называем домом.
Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Содержит нецензурную брань.
Ему предложат чай, но он откажется. Когда его о чем-то будут спрашивать, он ответит односложно. Представители службы опеки будут говорить с директором вполголоса. Он полистает папку из небеленого картона, сброшюрованную ленточкой. Выслушает их, кивая, о чем-то тихо спросит и снова кивнет. На его длинном столе почти не найдется бумаг, зато в шкафу за спиной все полки будут заставлены рядами папок и коробок.
Войдет хромой человек в черном. Пожмет руки собравшимся, улыбнется ему.
– Как тебя зовут? – спросит он мягким, негромким голосом.
Он ответит не сразу. Он будет смотреть на свои руки, он будет теребить манжеты толстовки.
– Киану.
– А меня Оску, – скажет человек в черном. – Я воспитатель. Пойдем, я познакомлю тебя с ребятами и покажу тут все.
Юноша встанет, пойдет вслед за ним. По лабиринту коридоров и лестниц, через холл, темный как дно океана, вверх по лестнице в дом, напоминающий ракушку. Люди из службы опеки не пойдут с ними, они останутся в кабинете. Чай в их кружках так и остынет, нетронутый.
7
***
Тахти добегался в куртке нараспашку и опять простыл. На учебу он ходил все равно. И в Старый Рояль он ходил все равно тоже. С полузаложенными ушами все звуки казались далекими и неестественными. Только на общении с Серым это никак не сказывалось.
Тахти и Серый меняли перегоревшие лампочки. Тахти стоял внизу и подавал ему лампочки, Серый балансировал на шаткой стремянке. На столе стояла рассохшаяся коробка, в которой вперемешку лежали перегоревшие и новые лампы накаливания. У части был стандартный цоколь, другие – миньоны. Некоторые лампочки не загорались даже тогда, когда они заменяли их совершенно новыми, из упаковки.
* Проводка, – сказал Серый.
Тахти иногда пытался представить, каково это, жить в постоянной тишине. Не слышать ничего. Ни поговорить, ни послушать музыку. Как-то Сати подошел к Тахти со спины, и Тахти не услышал из-за заложенных ушей, и подпрыгнул от неожиданности. Он и не подозревал, что так сильно полагался на слух. Как же обходился Серый?
У Серого на лбу белел лейкопластырь. Он старался прятать его под волосами весь день, но Тахти все равно заметил. А теперь, когда он закатал рукава, Тахти видел лиловые пятна на предплечьях.
* Что случилось? – спросил он.
Серый проследил его взгляд и пожал плечами:
* Споткнулся, – сказал он одной рукой, – упал.
///
Пространство внутри дома напоминало закрученную спиралью ракушку. Независимо от того, поднимался Серый по винтовой лестнице или спускался, ощущение появлялось такое, будто ввинчиваешься в глубь Дома. Чем ближе к цокольному этажу, тем гуще становился запах моря. Занавески качались на просоленном сквозняке, и казалось, что уже касаешься ногами фукуса у самого дна. Внизу воздух всегда стоял острее и жестче, холоднее, как холоднее под толщей воды. Он пах тем, заоконным морем. Этот запах не имел ничего общего с запахом моря в спальне на Пятом. Лунное море давно приручили, насколько вообще возможно приручить море. Натащили ракушек в подоле свитера, песка на ногах, натащили вещей, чтобы замаскировать пустоту. Чтобы не так было видно одиночество.
Ракушки в спальне лежали в определенной последовательности. Ракушки, камешки и стеклышки. По порядку. По размеру. По цвету. По типу. Серому говорили, что внутри ракушек до сих пор живет море. Что можно услышать его, если приложить ракушку к уху. Ракушки помнят свой дом, хранят в себе шум волн, хотя их давно вытащили из воды. Призрак моря, что раньше жило в них и вокруг них, призрак прошлого живет в них все время, не покидая ни на минуту.
Серый прикладывал к уху ракушки. Он всматривался в линию горизонта, он шел по краю воды, и волны лизали его ноги.
Серый не знал шума моря. Он не знал ни о чем, когда только вошел в эти двери. Но пройдет время, и он узнает, как оно жестоко и своенравно. К нему лучше не приближаться, если не знаешь, как себя вести.
Люди похожи на ракушки. Внутри них – море. Снаружи – море. Их несет течениями, кидает волнами, и приходится приспосабливаться, чтобы выжить. И не оказаться выброшенными на берег или проглоченными толщей воды. В каждой ракушке сосредоточена маленькая копия большого моря. Маленькая копия огромной вселенной. Целый мир, закрученный непостижимой спиралью, надстроенной миллионами превращений. Залатанной, выхолощенной, выстраданной. Хранящей в себе всю историю мира, от самого простого к непостижимо сложному, и снова к самому простому, на новом витке. Одинаковые и непохожие, ни одной копии, и в каждом – Вселенная. В каждой внутри – целое море. Целый мир.