Электронная книга - «Между двумя мирами». Краткое содержание книги:
— Какой ты будешь ждать ответ от дивана, государь? — хрипло спросил Кранько, ощутив смятение от того, насколько пристально принялся его разглядывать царь.
— Тут всего два варианта на самом деле. Если они захотят войны, если они уже хотят войны, то пошлют они меня с моими претензиями подальше, тем самым развязав руки в плане того, что я могу на совершенно законных основаниях войти в Крым, чтобы спросить с Каплана за убитых православных подданных хана лично. Если османы пока не хотят воевать, или по каким-то причинам не смогут, то они открестятся от Крыма и не будут вмешиваться в мои действия против Каплана, к которому я опять-таки смогу войти на совершенно законных основаниях. В любом случае, это будет война за Крым, а Каплана просто сдадут на заклание, впрочем, османы на такое вполне способны. Они всегда так поступают. От ответа дивана будет зависеть лишь объем военных действий и театр будущих битв, и я очень надеюсь на то, что мой ход покажется османам немного нестандартным и они выберут второй вариант.
— Или они решат, что ты слишком слаб, раз не вступился за единоверцев, и вполне хватит сил Крымского хана, чтобы раздавить тебя, государь, — Кранько твердо посмотрел ему в глаза и увидел насмешку. Вздрогнув, он отвел взгляд.
— Да, такое тоже может быть. Но, Алексей Иванович, какая разница, что придет в голову дивану, и из-за чего он существенно облегчит мне жизнь, а вам даст возможность насладиться местью?
— Мы сегодня же созовем совет и решим насчет твоего предложения, государь, — Кранько уже решил для себя, что, что бы не решил совет, лично он останется, и черт с ним с драгунским. Все равно их всего двадцать три, на полк явно не хватит. А там, очень может быть, что очень скоро крымчаки узнают, что значит казак Сечи, не захваченный спящим в своей постели.
Я отпустил Кранько и задумчиво смотрел ему вслед, даже после того, как дверь за ним закрылась. Казачок показался мне непростым. Умный, хваткий, уловил мою мысль с подлета. А самое главное, я вовсе не выбирал слов и не пытался ничего ему разжевывать. Интересно, кто он, точнее, кем он был до того, как попал в Сечь? Туда, говорят, разными путями приходили, но одно было незыблемо: кого попало в Сечь не принимали. Так что непрост, ой как непрост этот казак.
— Государь, теперь, когда ты удовлетворил свое любопытство, общаясь с этим… запорожцем, — ого, не знал, что Румянцев может быть в каких-то моментах таким снобом. Я удивленно вскинул брови, посмотрев на Александра Ивановича более внимательно. Он же тем временем, словно не замечал моего недовольства, вошел в кабинет, продолжая говорить. — Может быть, сейчас мы обсудим дальнейшую судьбу ее высочества принцессы Филиппы?
— А что тут обсуждать? Ты, Александр Иванович, увезешь ее обратно, а когда придет срок, доставишь ко мне со всеми надлежащими церемониями…
— Когда мы так спешно уезжали из Парижа, герцогиня Елизавета шепнула мне, что вдовствующая герцогиня Орлеанская не в восторге от предстоящего брака ее высочества принцессы Филиппы с тобой, государь. К счастью, герцог Орлеанский и король Людовик решили вопрос в твою пользу, но это было до того момента, пока Карл-Филипп не сообщил ей в письме, что готовится принять корону Неаполя, а затем и Сицилии. Кроме того, что Луис пока бездетен, и, после своего брата Фердинанда является третьим в очереди на корону Испании. И что он все выяснил с братом Луисом, и теперь, поняв, что Филлиппу оговорили, просит рассмотреть вопрос о том, чтобы вернуть все на свои места: то есть Филиппу в Испанию в качестве его невесты.
— Я не понял, — я удивленно посмотрел на Румянцева. — Карл-Филипп? Почему я думал, что его зовут просто Филипп?
— Потому что, государь, у Филиппа, его отца, было уже три сына, с именем Филипп, умерших в младенчестве. Чтобы исключить действие злого рока, инфанта назвали Карл, и вторым именем крестили Филипп. Но домашние называют его частенько просто Филипп. Особенно на это повлияла помолвка с ее высочеством принцессой Филиппой. Сочетание их имен посчитали забавным.
— Очень забавно, — процедил я, в последний момент замечая, что сминаю лист бумаги, лежащий на столе. — Я просто в восторге от этой шутки. Вот только, Филипп, или Карл, или как там зовут этого неудачника, уже разорвал помолвку. Или я что-то не так понял? — Филиппок что, совсем охренел? Он что не знает, что его бывшая невеста помолвлена с другим?