Ойроэн

Ну, уж какая есть, такая есть.

Не всем дано унаследовать от родителей их лучшие черты. Некоторым достаются только дурацкие непослушные кудри да ветер в сердце, вечно гонящий прочь с насиженных мест.

Теперь хотя бы понятно, откуда во мне это все.

Я не спеша поднялась, вынула из ножен кинжал и отпорола тонкую полоску от края своей старой зеленой рубахи.

«О добрые духи этой земли, не попрошу я у вас ни богатства, ни славы, ни красивого сильного мужа. Я попрошу у вас силы для меня самой. Чтобы идти вперед, когда хочется идти, чтобы петь, когда хочется плакать, чтобы радоваться каждому дню, не дожидаясь мужей и богатств».

Я привязала ленточку к прочной изогнутой ветке и поцеловала ее кончик.

Чуть поодаль от этого дерева в земле виднелась странная щель. Мне доводилось слыхать про нее, и не раз. Чрево Матери, вот как называли этот странный разлом. Я подошла к нему поближе, опустилась на колени и осторожно сунула голову в земляное устье. Там внутри было темно и едва ощутимо пахло сыростью. Знакомое с детства кошачье любопытство не позволило просто встать и уйти. Вместо этого я осторожно пролезла внутрь.

Корни деревьев, старые листья, комья земли. Я плохо видела в густом сумраке маленькой пещеры, которая оказалась очень тесной – крупный человек вроде Фарра здесь мог бы и застрять. А может, и нет... В любом случае, даже мне не удалось распрямиться в полный рост. Так что я встала на четвереньки и осторожно развернулась, чтобы вылезти обратно. Все равно ничего интересного в этой норе не нашла.

Медленно ощупывая земляной пол и стены, я уже почти добралась до выхода, когда под руку мне попался небольшой камень с неровными гранями. Сама не знаю, зачем, но я сгребла его и только после этого вытащила себя наверх, к солнечному свету. После Чрева этот свет казался непривычно ярким и слепящим. Я потерла глаза, а потом разжала кулак. Камень, лежащий на моей ладони был размером меньше мизинца и формой напоминал летящую птицу.

«Красиво, – подумала я. – Кабы умела резать горную породу так же легко, как дерево, выпустила бы эту птицу на волю».

И сунула камешек за пазуху. Пусть будет.

Когда вернулась к каменной хижине, Кайза уже сидел возле нее на скамье и поджидал меня, задумчиво пуская в небо тонкие струи дыма. Изогнутая темная трубка казалась естественным продолжением его руки.

– Ну как прогулялась?

Как? Я пожала плечами, не зная, что ответить на этот вопрос.

– Маму видела...

Кайза приподнял бровь.

– Хорошо видела?

Я кивнула.

– Хорошо. Как наяву...

Он присмотрелся ко мне повнимательней. Улыбка скользнула по суровому лицу.

– Да, вижу, что хорошо. Ну, значит уже не зря приехала сюда. Земля Силы лишнего не являет, – шаман поднялся со скамьи. – Теперь идем к источнику. Я обещал, что помогу тебе избавиться от того, что гнетет и мешает. Идем... А потом вернемся сюда и я расскажу тебе одну историю.