Григорий Распутин. Россия под гипнозом
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-342-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Григорий Распутин. Россия под гипнозом». Краткое содержание книги:
Скрупулёзно исследуя каждый факт и каждое событие, автор увязывает их с данными архивных материалов и воспоминаниями очевидцев. В итоге читатель понимает, что и сам с головой окунается в детективное расследование, в конце которого автор самостоятельно выходит на… истинного убийцу Григория Распутина. И в этом несомненное достоинство новой работы известного писателя-историка Виктора Сенчи.
Во всём этом имелась одна неувязка: несмотря на судебный устав, докажи следственные органы, что в убийстве действительно замешан великий князь, прокуратура спокойненько умыла бы руки, отдав это дело на усмотрение императора. Но если убийцей оказался Юсупов – тогда царь становился простым «наблюдателем процесса».
Поэтому следствие тормозило. Ведь работники прокуратуры, дабы допросить Юсупова, были вынуждены ездить к чёрту на кулички, в Курскую глухомань, теряя и время, и нервы. Феликс кочевряжился и не желал ничего рассказывать! Такую же тактику поведения (молчать) заняла и его прислуга, в том числе – дворецкий Бужинский, оказавшийся ещё тем «крепким орешком». Старик от всего отпирался, поэтому ему пришлось давать очную ставку с городовым Власюком, о разговоре с которым той ночью дворецкий, как оказалось, вчистую «запамятовал».
Из Представления прокурору Петроградской судебной палаты от прокурора Петроградского окружного суда от 10 января 1917 года за № 29:
«9-го сего января судебным следователем по важнейшим делам Ставровским была дана очная ставка свидетелям городовому Власюку и дворецкому князя Юсупова Бужинскому, разошедшихся в своих показаниях относительно лица, пригласившего городового в особняк князя Юсупова в ночь на 17 декабря. Власюк остался при своём первоначальном показании, что его пригласил Бужинский, которого он знает около 2 лет, и несмотря на то, что в указанную ночь было очень темно, и улицы были плохо освещены, ошибиться он не мог. Бужинский же утверждал, что позвал Власюка не он»[230].
А вот что читаем в письме главы Первого департамента Министерства юстиции Александра Степанова к великому князю Николаю Михайловичу:
«Вся прислуга Юсуповых заявила, что она ничего не знает и никого не видела, установлено только, что стол был накрыт на 8 кувертов, но у стола никто не служил, поэтому кто был, неизвестно. Дворецкий Бужинский, спрошенный по поводу синего сукна со стола, в которое были завернуты ноги Распутина, заявил, что такого сукна в доме Юсуповых никогда не было, и при этом так густо покраснел, что следователю стало ясно, где истина. Однако это личное впечатление следователя в протокол не занесено и никакой роли при направлении дела играть не может»[231].
Из воспоминаний Анны Вырубовой:
«…Юсуповы и компания не окончили своего дела. Теперь, когда все их превозносили, они чувствовали себя героями. Великий Князь Александр Михайлович отправился к Министру Юстиции Добровольскому и, накричав на него, стал требовать от имени Великих Князей, чтобы дело это было прекращено. Затем, в день приезда Государя в Царское Село, сей Великий Князь заявился со старшим сыном во дворец. Оставив сына в приемной, он вошел в кабинет Государя и также от имени семьи требовал прекращения следствия по делу убийства Распутина; в противном случае оба раза он грозил чуть ли не падением престола. Великий Князь говорил так громко и дерзко, что голос его слышали посторонние, так как он почему-то и дверь не притворил в соседнюю комнату, где ожидал его сын. Государь говорил после, что он не мог сам оставаться спокойным, до такой степени его возмутило поведение Великого Князя; но в минуту разговора он безмолвствовал. Государь выслал Великих Князей Дмитрия Павловича и Николая Михайловича, а также Феликса Юсупова из Петрограда. Несмотря на мягкость наказания, среди Великих Князей поднялась целая буря озлобления. Государь получил письмо, подписанное всеми членами Императорского дома, с просьбой оставить Великого Князя Дмитрия Павловича в Петрограде по причине его слабого здоровья. Государь написал на нем только одну фразу: «Никому не дано права убивать». До этого Государь получил письмо от Великого Князя Дмитрия Павловича, в котором он, вроде Феликса Юсупова, клялся, что он ничего не имел общего с убийством»[232].
Именно тогда, дорогой читатель, и появилось то самое «Дело № 339», ставшее, как пишет О. Шишкин, «кратким изложением пропавшего основного дела об убийстве Распутина». Дабы прокурор Петроградской судебной палаты (Завадский) мог по первому требованию министра юстиции (сначала Макарова, потом – Добровольского) направить «дубликат» через Минюст на Высочайшее усмотрение, то есть на рассмотрение императора Николая II. Удивляешься мудрости г-на Завадского: ведь так и случилось!
230
ГА РФ. Ф. 124. Оп. 57. Д. 751. Л. 32.
231
ГА РФ. Ф. 670. Оп. 1. Д. 410. Л. 1 (об.).
232
Вырубова А. Указ. соч. С. 98.