Такая долгая жизнь. Записки скульптора

Памятник канцлерам был закрыт полотнищем, изображающим немецкий флаг. Мы все вместе подошли к нему и сдернули покрывало. На этот раз проблем с открытием памятника не было.

Видимо, жители Гревенбройха соскучились по реалистическим произведениям — пожалуй, только этот памятник и был в их городе единственным в этом плане, но, как мне сказали, за девять лет, прошедших со дня открытия, не было ни одного отрицательного отзыва о нем. Потом меня попросили сделать маленький сувенир, изображающий этот памятник. Его отлили в бронзе во множестве экземпляров и, наверное, дарят до сих пор гостям города. Владелец кондитерского магазина, находящегося рядом, начал отливать по форме, изготовленной по этому сувениру, шоколадки, обернутые в красивую упаковку, которые он успешно продает сотнями и сейчас.

Кстати, Йоханнес Рау открывал еще одну мою работу. Несколько лет тому назад я сделал три небольшие композиции, которые назвал «Ад мемориам». Две из них с условными названиями «1914» и «1941» находятся в Русском музее, а третья оказалась в Германии. Неожиданно для меня ее установили в возрожденной синагоге города Гревенбройха.

Позже я видел ее. Выглядит это так: в небольшом абсолютно пустом и очень светлом помещении синагоги, с покрашенными в белый цвет стенами, в центре, на черной гранитной тумбе, стоит высокая железная клетка, в которой находится маленький человек со связанными руками. По-моему, получилось очень здорово. Йоханнес Рау выступал на открытии этой синагоги и на установке моей композиции.

После открытия памятника меня попросили сделать восьмидесятисантиметровую модель. Потом ее отлили в бронзе в двух экземплярах. Один из них подарили внуку Аденауэра. Я присутствовал на этой торжественной церемонии. Теперь эта модель находится в музее Аденауэра, а второй экземпляр передали вдове Брандта, и он стоит теперь в фонде Людвига Эрхарда — человека, который провел послевоенную экономическую реформу в Германии.