Луна и солнце [The Moon and the Sun]
- Автор: Макинтайр Вонда Нил
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Азбука, Азбука-Аттикус
- ISBN: 978-5-389-09582-3
- Переводчик: Софья Ардынская
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Луна и солнце [The Moon and the Sun]». Краткое содержание книги:
«Луна и солнце» Вонды Макинтайр — это необыкновенно живописное, яркое и стремительное повествование, соединяющее в себе научную фантастику, фэнтези и любовно-исторический роман, чей исторический пласт выписан весьма тщательно. Автор мастерски воссоздает картину жизни Франции семнадцатого века, когда невиданная роскошь соседствовала с нищетой, свобода нравов то и дело оборачивалась инквизиторской жестокостью, а наука и просвещение уживались с самыми дикими суевериями.
В 1997 году роман «Луна и солнце» был удостоен сразу двух литературных премий — «Небьюлы» и Интергалактической премии за лучший роман.
Песня смолкла.
— Ив?! Где ты?
Внезапно хлынувшие слезы размыли и ярко освещенные окна дворца, и пламя факелов. Она отерла глаза тыльной стороной ладони, подхватила повыше юбки и бросилась бежать.
Мари-Жозеф мчалась к дворцу, по ее лицу струились слезы, туфли промокли от росы. Однако у нее хватило присутствия духа взбежать по черной лестнице в надежде, что ее никто не заметит.
«Надо перестать, — лихорадочно соображала она, — надо перестать плакать, надо идти, а не бежать, надо идти торжественным, размеренным шагом, едва касаясь юбкой пола, чтобы никому не дать повод сказать: „Вот крестьянка, подобрала юбки выше колен!“»
Она взбежала по узким ступенькам на чердак, едва сдерживая рыдания, судорожно хватая ртом воздух, и распахнула дверь в комнату Ива, освещенную одной-единственной свечой. Ив застегивал рясу, а рядом нетерпеливо переминался с ноги на ногу лакей в королевской ливрее.
Мари-Жозеф влетела в объятия брата.
— Сестра, что случилось?
Он прижал ее к себе, и само его живое присутствие было ей утешением.
— Мне привиделось, что ты умер, мне показалось…
— Умер? — переспросил он. — Ну вот еще! — Он улыбнулся. — Даже не сплю, хотя и очень хотел бы. Что тебя так напугало?
— Ваша милость… — напомнил слуга.
— Хорошо, иду, уже иду.
Ив снова обнял ее, живой, теплый, надежный. Он достал платок и отер слезы с ее щек, как будто они вернулись в детство и она вновь стала маленькой девочкой, ударившей ножку о камень.
— Мне показалось…
Видения, представшие ей во мраке сада, рассеялись в свете свечей в его комнате.
— Я кормила русалку…
— В темноте? Ничего удивительного, что ты так испугалась. На будущее не стоит ночью гулять по саду в одиночестве. Бери с собой Оделетт.
— Ты прав, наверное, это все из-за темноты, — согласилась Мари-Жозеф, не переставая думать: «Как странно, раньше я никогда не боялась темноты».
— Ваша милость, прошу вас…
— Не называйте меня так! — осадил Ив лакея. — Иду.
— Куда ты? — спросила Мари-Жозеф.
— К его величеству. Препарировать русалку.
Фонтан люминесцировал, наполняя шатер свечением не то гнилушек, не то блуждающих огоньков. Сияли раковина тритона, копыта и морды солнечных коней, словно они неслись по холодному пламени и выдыхали его из ноздрей.
Мари-Жозеф зажгла фонари; свечение исчезло. Русалка посвистывала, напевала и плескалась, надеясь привлечь внимание Мари-Жозеф.
— Я не могу сейчас играть с тобой, русалка, — прошептала Мари-Жозеф. — Вот-вот прибудет его величество!
Она проверила, точно ли атласные ширмы непрозрачны и надежно ли скрывают от взора живой русалки мертвую, а потом отвела наброшенный на тело парусиновый саван. Под ним обнажился труп, на пол посыпались опилки, зазвенел колотый лед. На парусине расплылись пятна противогнилостного раствора и запекшейся крови. Взору Мари-Жозеф предстали вскрытые ребра морской твари, с которых Ив уже совлек кожу и мышцы. Одна рука и одна нога были рассечены до кости.
Возле шатра раздались скрип королевского кресла на колесах, хруст гравия под лошадиными копытами, тяжелые шаги. Ив поклонился его величеству и графу Люсьену. Глухонемые слуги ввезли кресло в шатер. Граф Люсьен шагал рядом. За ними четверо носильщиков внесли портшез с белыми бархатными драпировками в золотых кистях. Мари-Жозеф плотнее завернулась в темный плащ Лоррена, стоя рядом с ящиком для живописных принадлежностей и надеясь как можно меньше привлекать к себе внимание.
— Я счел за лучшее исследовать внутренние органы морской твари без посторонних, — объявил король.
— Ваше величество, — сказал Ив, — морские твари — обычные животные.
Глухонемые подняли кресло на дощатый помост и подвинули его к секционному столу. Следом носильщики опустили на помост портшез и поспешно покинули шатер.
Его величество не стал отпускать глухонемых; он почти не замечал их существования. Граф Люсьен, слегка опиравшийся на трость, не отходил от короля ни на шаг. Мари-Жозеф в ответ на его вежливый кивок быстро присела в реверансе. Ив помог его святейшеству выйти из паланкина и подвел его к креслу.
Лицо старца побледнело от изнеможения, он тяжело опирался на руку Ива. Его величество встал с кресла и, прихрамывая, прошел к секционному столу, лишь немного опираясь на плечо графа Люсьена. Казалось, он не в силах отвести зачарованный взгляд от морской твари. Людовик не обнаруживал никаких признаков усталости, хотя и бодрствовал всю ночь; даже подагра не терзала более его ногу.