В поисках Лин. История о войне и о семье, утраченной и обретенной
- Автор: ван Эс Барт
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Книжники
- ISBN: 978-5-906999-67-2
- Переводчик: Вера Борисовна Полищук
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «В поисках Лин. История о войне и о семье, утраченной и обретенной». Краткое содержание книги:
Барт ван Эс, британский филолог, преподаватель Оксфорда, всегда знал, что его бабушка и дедушка приютили во время войны еврейскую девочку, которую воспитали как своего ребенка. Лин была частью его семьи, но какое-то событие в прошлом оборвало все связи. Он отправляется в путешествие по Нидерландам, чтобы найти Лин, чтобы узнать и рассказать ее историю. Документальное исследование стало для автора глубоко личным переживанием. Книга была удостоена британской премии Costa в 2018 году.
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Снимок сделали в январе 1962 года, когда и дедушка, и город были на пике оптимизма. Как и почти вся страна в целом, в послевоенные десятилетия Дордрехт переживал существенный рост. Как только в 1948 году в Нидерланды начала поступать помощь по плану Маршалла, мосты, паромы, железнодорожные ветки, электростанции и заводы, разрушенные или украденные во время войны, начали быстро восстанавливать. Город являл собой пример национальных усилий по реконструкции, основу которых составляли вложения в инфраструктуру. Мой дед сыграл большую роль в этом процессе, ратуя на конференциях за так называемый социализм газа и воды (суть которого заключалась в том, чтобы повысить уровень жизни населения за счет практических мер).
К середине 1950-х город из экономического захолустья превратился в процветающий промышленный центр. Здесь собирали суда и самолеты, производили печенье, кожаные изделия и сигареты, перерабатывали уголь в газ. Фабрику «Электрикал моторс», где работал дед, расширили. Тем временем металлургическая компания «Томадо» запустила серию изделий, вдохновляясь абстрактным искусством Пита Мондриана, и на них возник огромный спрос: книжные шкафы, стеллажи, сушилки, ершики для чистки бутылок, позже – миксеры, кофемолки и чайники. При окраске изделий использовались только основные цвета. С начала 1960-х открылись новые фабрики пылесосов, красок и духовок. Затем корпорация «Дюпон» выбрала Дордрехт для производства своих волшебных материалов – орлона, лайкры и тефлона, причем под каждый отвели отдельную производственную площадь. Спрос на рабочую силу так возрос, что работников возили даже из Бельгии – оттуда до Дордрехта два часа езды.
Дедушка считал, что такое процветание приведет к наступлению социалистического будущего. Требовались новые жилые постройки: чистые многоэтажные дома с отдельными ванными, туалетами и кухнями, с лифтами, которые почти беззвучно возносили пассажиров в небо. Дед пробивал строительство подобной недвижимости – доступного муниципального жилья по типовым проектам, воспроизводимого тысячами. Появлялись новые парки, библиотеки, развлекательные центры, поликлиники, школы. Изобретение мелкозернистого бетона, цемент для которого изготавливали из перемолотого камня и кирпича разрушенных зданий, еще больше ускорило процесс. Словно по волшебству пыль истории превращалась в нечто новое, чистое и светлое. Кое-кто был недоволен, когда старое здание почты в стиле неоренессанса, со всеми его сказочными башенками, снесли и на его месте выросли бетонные фасады магазинов. Однако вера моего деда в прогресс не знала границ. Для него и его товарищей четырнадцатичасовые дискуссии в городском совете были пустой тратой драгоценного времени – надо было возрождать страну.
Я снова смотрю на фотографию деда на фоне карт в три человеческих роста. С учетом того, что́ он пережил перед войной и во время нее, ясно, к какому выбору он склонялся: централизованное планирование с чистого листа, образование, машины и парковки, больше железнодорожных веток, расширение дорог – все эти улучшения принесут общее процветание и достойное обеспечение больным и престарелым. И все это можно оплатить за счет доходов от фабрик. Несмотря на все ужасы, война показала, что правительство и промышленность, объединив усилия, способны все преодолеть.
Время обеда, и я иду перекусить сандвичем. Реконструция в 1960-х почти не затронула центр города, где располагается библиотека, хотя его и планировали снести. Опершись на кованые перила, я разглядываю очаровательно кривобокую средневековую ратушу, сложенную из камня и кирпича, напротив низкого арочного моста. По сторонам от нее – ренессансные купеческие дома с зубчатыми щипцами, поблескивающими на солнце. Однако это лишь крошечный островок старины в море современной застройки. Примерно в двухстах метрах дальше по улице я вижу тусклое, серо-коричневое кирпичное здание магазина C&A, белая панельная отделка которого уже пошла пузырями.
Сегодня утром я наконец-то если не понял, то по крайней мере смог объяснить себе, как в прошлом градостроители, и здесь, и по всей Европе могли ради таких вот новых зданий сносить старинные дома. Они верили в прогресс и хотели избавиться от истории, что и воплотилось в лихорадочных перестройках послевоенных десятилетий. Размышляя о деде и о том, что́ он пережил в войну, я начинаю понимать, где корни его деятельности.