В поисках Лин. История о войне и о семье, утраченной и обретенной
- Автор: ван Эс Барт
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Книжники
- ISBN: 978-5-906999-67-2
- Переводчик: Вера Борисовна Полищук
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «В поисках Лин. История о войне и о семье, утраченной и обретенной». Краткое содержание книги:
Барт ван Эс, британский филолог, преподаватель Оксфорда, всегда знал, что его бабушка и дедушка приютили во время войны еврейскую девочку, которую воспитали как своего ребенка. Лин была частью его семьи, но какое-то событие в прошлом оборвало все связи. Он отправляется в путешествие по Нидерландам, чтобы найти Лин, чтобы узнать и рассказать ее историю. Документальное исследование стало для автора глубоко личным переживанием. Книга была удостоена британской премии Costa в 2018 году.
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
В те ужасные дни, когда нам казалось, что мы потеряли дочь, моя жена, Анна Мария, забывалась беспокойным сном, положив телефон у подушки. Иногда она выходила искать Джози среди ночи. Названивала ей каждый день, хотя Джози упорно не отзывалась. Анна Мария говорила: пусть девочка чувствует, что ее любят, это важно. Я, напротив, редко звонил Джози, и в конце концов дошло до того, что не видел ее месяцами и не получал от нее ни единой весточки.
Потом я размышляю о письме, которое моя бабушка послала Лин. Письме, которое вычеркнуло ее из семьи, как вычеркивают ошибку, – и после этого они никогда больше не виделись. Мог бы я написать Джози что-то подобное? Не могу это представить, вспоминая, как мы вместе ехали в машине по точно такому же шоссе несколько недель назад. Тогда, убаюканные шумом дороги, мы ощущали тесную близость, семейную сплоченность. В ту поездку я попытался было рассказать Джози самое начало истории Лин, и горло у меня перехватило, так что продолжать я не смог. Неужели мы с Джози могли потерять друг друга? Вынужден признать, что да.
Когда я добираюсь до Беннекома, в доме тихо. Мягко ступая, меня встречают собаки, лижут протянутую руку. Полночи проворочавшись в кровати без сна, в три часа я тянусь за мобильником и посылаю Джози сообщение. «Я тебя люблю» – и ничего больше.
20
Наутро я уже еду ранним поездом в Дордрехт и по дороге изучаю досье, в котором описывается жизнь Лин у моих бабушки и дедушки с ее приезда в конце сентября 1945 года и до того самого дня, когда отчет заканчивается, – 25 ноября 1947-го. Досье было собрано организацией «Ле-Эзрат а-Елед», опекавшей еврейских сирот после войны. Лин вручила мне его документы вчера вечером. В тишине вагона я раскладываю ничем не скрепленные бумаги – а всего документов около тридцати – на крапчатом синем пластике стола и потом сортирую их по порядку. Тут отчеты о встречах, переписке, описания комнат в доме, характеристики всех участников. Приложены различные письма, в том числе от господина ван Лара, убежденного, будто Лин теперь проживает в Англии или Палестине. Он просит возместить ему расходы на зубного врача, поскольку когда-то потратился на Лин.
Организацию «Ле-Эзрат а-Елед» (что на иврите означает «Ради помощи ребенку») создали в Нидерландах в 1945 году, чтобы помочь детям, уцелевшим в Холокосте. После окончания войны они не могли вернуться в родные семьи, и причина не только в чьих-то личных действиях, а в политике государства. Еще в сентябре 1944 года Гезина ван дер Молен, одна из лидеров христианского сопротивления, начала распространять листовки с наказом членам ее сети, спасшим около восьмидесяти детей, оставлять ребенка у себя, даже если объявятся его родные отец или мать. Она утверждала, что, передав детей Сопротивлению, еврейские родители тем самым отказались от своих родительских прав. 13 августа 1945 года правительство создало Комиссию по делам приемных детей военного периода, а Гезина ван дер Молен ее возглавила.
Комиссия, в которой евреи были в меньшинстве, проводила политику, названную детоцентричной. Это означало, что дела около четырех тысяч еврейских детей, скрывавшихся во время войны, будут рассматривать по отдельности. Если, по мнению комиссии, в интересах ребенка окажется оставить его у приемных родителей, так и поступят, даже если родственники, в том числе родители, еще живы.
Через семнадцать дней после учреждения комиссии Абрахам де Йонг, который сам в годы войны прятался в убежище, вступил с ней в борьбу и основал «Ле-Эзрат а-Елед».
Благодаря финансированию «Джойнта», Американского еврейского распределительного комитета, созданная де Йонгом «Ле-Эзрат а-Елед» быстро заявила о себе как серьезная и профессиональная организация. К апрелю 1946-го ее штат насчитывал тридцать сотрудников, а к сентябрю – пятьдесят два. Среди них были социальные работники, следователи, участники общественных кампаний, люди, ухаживавшие за детьми. Несмотря на яростное противодействие комиссии и самой Гезины ван дер Молен, в «Ле-Эзрат а-Елед» вскоре приступили к расследованиям условий, в которых оказались еврейские дети. В результате появился и отчет о Лин.
В отличие от комиссии, сотрудники «Ле-Эзрат а-Елед» хотели по возможности (а то и вопреки желанию детей) вернуть сирот в культуру, в которой они были рождены. Для этого отыскивали уцелевших родственников или, если таковые не находились, подбирали еврейские семейные пары, готовые усыновить ребенка. В случае Лин рассматривались оба варианта. Девочка была из большой разветвленной семьи, однако, как сообщает досье, к 1945 году из нее остались в живых всего двое взрослых.