Невечная мерзлота
- Автор: Фартышев Василий Илларионович
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: «Молодая гвардия»
- ISBN: 5-93556-853-3
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Невечная мерзлота». Краткое содержание книги:
Тут Каюмов был близок к истине. Как и раньше, все долго готовленные слова Саши остались за порогом, и не было в Катиной комнате ни одного зеркальца, в котором видел бы себя тундровиком, бродягой, завоевателем; Он долго не мог решиться открыть заколдованную дверь, и пришлось сделать крюк к радисту и выпить, за . встречу, а заодно рассказать, что бригада сидит без продуктов, из-за метели дали всего сто десять процентов и что после зимы так и кажется, будто в одних книжках и есть эти проклятые города — два года в отпуске не был...
Но лишь разбередил душу.
* * *
— Вот он я, Катя. Можно? В гости.
— А, Саша. Проходи, что-то поздно ты.
— Да. Поздний я. Человек поздний. Опоздал родиться, опоздал жениться. И в гости опоздал. Разве в такое время в гости ходят? А в такое время бригада в тундре сидит, понимаешь. Голодные парни, понимаешь. Я виноват, один кругом виноват, и перед ними, и перед тобой, и перед собой тоже...
— О чем ты, Саша? Вот морошка, хочешь? Чаю попей, полегчает.
— Эх, Екатерина третья, да разве без тебя полегшает? Вежливая ты, культурная, а у меня какая там культура, если я семь классов без отрыва сделал да курсы. Хоть бы уж сказала: уходи и не приходи больше — мне б легче было, а то Саня, Саша, морошкой морочишь, ледышка северная. Заморозила себя, мерзлота белолицая! Ну хочешь — руками оттаивать буду, мои руки на любом ветру не мерзнут. Скажи, не суши, сама знаешь, ни уйти, ни остаться не могу, пока ты такая вот... Знаешь ты хоть, в каком веке живешь? Знаешь, что вездеход и тот без тепла, как резина мерзлая, крошится, а мне как жить?
— Заведи хорошую собаку, Саня. Корми, с собой води, охоться с ней, по ночам, как в Оймяконе делают, в спальник с собой клади, чтоб одному не замерзнуть насмерть. Научи, чтоб будила, когда надо печь протопить, чтоб домой откуда угодно из компании приводила...
— Смеешься. Опять смеешься...
— Не смеюсь, Саш. С собаками легко, говорить не надо, а если захочешь выговориться, то лучшего слушателя не найти. И тайн собаки не выдают. Говори ей что хочешь, она выслушает, поймет и будет помнить. Хорошие собаки надежнее хороших людей. Попей чаю, уже поздно, а завтра я рано утром еду в тундру.
— В.тундру?! С кем? Куда?!
— Ну чего ты всполошился. Никуда и ни с кем. Я да десять собак, вот и весь секрет. Я бы и хотела прожить без секретов, но разве для тебя завтрашний твой день— не тайна?
— К кому ты едешь?! — в голосе Каратая свирепела резкость. Человек часто ревнует, не имея на то никаких прав.
— Весна начинается, книги надо везти. Многим я с вертолетами отправила, но надо и объехать стоянки — рыбаков, оленеводов. Да и весну посмотреть хочется…
— Можно, я помогу тебе? Собраться там...
— Спасибо, каюры уже помогли.
— Ружье подарю!
— У меня тозовка с магазином и полно патронов.
— Нож?
— Есть, посмотри вот.
— Можно тебя попросить? Напиши мне письмо, а! Одно!
— Я ведь не пишу писем, Саня.
Каратай сорвался:
— Не пущу! Заблудишься, волки сейчас злы, ледоход...
— Я же, как ненка, тундру знаю наизусть. И в прошлом году ездила, ты же помнишь. Попрощаемся?
— Скажи, могло у нас быть по-другому? Ну, если бы... учился бы? Или — ну, что бы ты только захотела. Если б сегодня трезвый пришел...
— Смешной-смешной Саня, разве в этом дело?
— А в чем, в чем, в чем дело, сколько можно так, я же не...
— Возьми вот варенья, ребятам в подарок.
Еще с прошлого года остались в тундре разбросанные с вертолетов бочки горючего. Рыжий 66-й бензин. За год ничего с ним не случилось, октановое число не изменилось ни на единицу. И новые запасы разбросали по знакам и квадратам, на Большой земле бывает хуже с горючим. Но всякое случается в тундре. И такое бывало, что за десять оставшихся километров катили бочку к ставшему вездеходу руками. И к пустым бочкам приезжали. Запастись лишний раз не помешает, едешь на пятнадцать километров — набирай всего на сто пятьдесят это тундра.
Сам, без помощи механика, раскидал и собрал Каюмов поздней осенью свою «семерку». Капремонт так капремонт — на запчасти экспедиция раз в год бывает щедра, о той поры и запасся. Пальцы, траки, тросы, ленивцы, поршни — центнера два дефицита в трюме, дефицита, за которым не раз ехали к Каюмычу незапасливые шоферы.