Навечно разрушен [ЛП]

— С днем рождения, пап, — говорю я, на мгновение игнорируя его поведение и наклоняясь, чтобы поцеловать его в щеку.

— Grazie, mio tesoro*.

Он отпустил остальных мужчин в комнате легким кивком. Как только все они выходят за дверь, он делает звонок. Через секунду появляются Карсон и Джейс. Я что-то упустила?

Я задаю невысказанный вопрос.

— Все в порядке?

— Так и будет, vita bella. Ты же знаешь, что твой папа позаботится об этом, — глаза моего отца смотрят на Карсона, и в этом взгляде много слов.

Карсон согласно кивает, прежде чем похлопать меня по плечу.

— Шоу скоро начнется, нам пора за наш столик.

Мы направляемся к двери, но я оглядываюсь через плечо.

— Ты не идешь, пап?

— Не беспокойся обо мне, mio tesoro. Я присоединюсь через минуту.

Прежде чем выйти из комнаты, я вижу, как отец достает из-под стола револьвер и снимает его с предохранителя, шепча что-то слишком тихо, поэтому я не могу расслышать.

На лице Джейса проступает понимание, и прежде чем я успеваю подслушать, меня выпроваживают за дверь на вечеринку, которая уже в самом разгаре.

Мы направляемся к столику прямо перед сценой. Мои глаза замечают Лилиану, которая сидит рядом со своим отцом и выглядит уморительно взволнованной. Мои глаза сканируют толпу, чтобы найти источник ее волнения… Эллиот. У которого вокруг множество женщин, и ему наплевать, что он показывает свою заинтересованность в Лилиану слишком очевидно, особенно, когда она снова ловит его взгляд.

Я слышу, как рядом со мной раздается смешок.

— Думаю, Эллиот на нее запал, — признает Карсон, делая глоток виски, который официантка только что поставила перед ним.

Я перевожу взгляд на него.

— Жаль, похоже, она уже ненавидит его до глубины души.

— Как и множество его девушек.

Внезапно свет тускнеет, и шторы распахиваются.

— Добрый вечер, леди и джентльмены. Я буду вашим развлекателем на ночь. Не волнуйтесь, джентльмены, хоть формально мы находимся в стрип-клубе, я не танцую. Если только ваша синьора не захочет позже устроить частное шоу, то я с радостью сделаю это! — толпа смеется над дрянным итальянцем. — Однажды я сказал эту шутку одному парню, и он вернулся с моей матерью! — толпа снова разражается смехом. — Без лишних слов, это все для важного человека, Винченцо Пенталини. С днем рождения, босс.

Мои глаза находят отца в центре толпы, он кивает человеку на сцене, и все остальные выкрикивают свои добрые пожелания. Мама сидит справа от него, это единственный день, когда она бывает в этом клубе.

Знаменитая итальянская джазовая песня льется изо рта человека, вызывая смесь свиста и приветствий. Я беру свой фруктовый коктейль, который другая официантка поставила передо мной, и перевожу взгляд на мужчину, сидящего рядом.

— Салют. За заслуженный вечер.

Мы чокаемся бокалами, и его глаза не отрываются от моих даже после того, как он делает глоток.