Трусливый ястреб [litres]

Сквозь распухшие веки мне открылся размытый вид лагеря, но этого было достаточно, чтобы понять, в какой стороне сортир. Думаю, я нашел бы его и с закрытыми глазами, по запаху, но мне не хотелось провалиться.

Сортиры в «Индюшачьей ферме» представляли собой длинные каркасные скамейки, поставленные на манер ступеней с четырьмя сидячими местами, которые располагались над соответствующим количеством распиленных бочек. Сортиры в Кавалерии были хороши тем, что их не превращали в интимный уголок. В том смысле, что настоящие мужики могут сесть посередине оживленного лагеря и посрать. Никто не будет наблюдать за тем, как ты вытираешь задницу.

Я взял чашку кофе и поплелся под навес, который наши парни соорудили на скорую руку, пока мы с Райкером летали. Они назвали его «шапито». По сути это был огромный кусок брезента, растянутый на двух толстых двадцатифутовых шестах. По сравнению с палаткой, из которой я только что выбрался, здесь было прохладно и свежо.

Постепенно превращаясь из зомби в человека, я начал вспоминать события последних дней. Мы с Райкером налетали одиннадцать часов вчера, десять часов позавчера и двадцать часов в самый первый день! Многовато часов в вертолете. Неудивительно, что мне было так паршиво. Новый мировой рекорд. Это уж точно. Может быть, мне дадут героя и отправят домой?

Когда мои мысли немного прояснились, я понял, что у меня выходной, и я могу отправиться в город.

Я зашел в штабную палатку, чтобы получить увольнение. Ни капитана Оуэнса, ни мистера Уайта не было внутри.

– Что, Оуэнс и Уайт летают? – спросил я сержанта Бэйли шутки ради.