Электронная книга - «Хейл-Стилински-Арджент (СИ)». Краткое содержание книги:
Ее мать видела Элли один раз: два года назад, когда привезла Томасу на день рождения эту дорогую игрушечную железную дорогу от «Хорнби» в «Парк Хаятт». Они представили ее как дочь одного мексиканского приятеля, но после коктейлей с водкой мама прикурила «Собрание» от золотого «эс ти дюпона» Питера и высказалась о необходимости ДНК тестов и контрацептивов в упрек Стайлзу, пока дети были заняты «Летучим шотландцем». Но сейчас Лидия смотрит на лишенное детской пухлости серьезное лицо этой маленькой девочки, и ей становится стыдно, что в те годы она соглашалась с матерью в неуместности совместных каникул в Европе или занятий готовкой под французский джаз.
– Хочешь, я сварю нам белый горячий шоколад? А ты можешь выбрать фильм на «Нетфликс», - предлагает Лидия. - Как-то в начальной школе Стайлз подложил мне в шкафчик кассету с «Дневником памяти», и она была до пленки липкая от мармелада и испортила мои лучшие туфли для танцев. Когда мы поженились, он сказал, что это была кассета его мамы. Знаешь, тогда все брали их в видеопрокате.
И почему-то ей вспоминается, как дождливым летом после его второго курса они напились испанским вином в ее съемной квартире-студии на Манхэттене, занимались любовью и смотрели «Титаник» на французском через черно-белый проектор из колледжа.
– Позвони ему, - говорит Элли, почесывая нос.
– Голосовая почта.
– Голосовая почта? И ты все еще не оставила ему ни одного сообщения? Если бы оставила, мы бы уже пересекли границу на грузовике с контрабандой оружия и красной икры и продали почку на черном рынке в Колумбии, где есть портал в межгалактику. Ты отдашь инопланетянам почку за Стайлза? Я бы отдала. А если продадим сразу две, может быть, нам еще дадут древнего телепатического двойного боевого слона или песика.
– Если это аукцион, тогда я покупаю Элли целиком за безлимит на картошку фри с солью и чесночным соусом, - Стайлз сдвигает дверь в сторону, и Элли переводит с него на Лидию этот взгляд, каким обычно обмениваются родители, когда дети говорят что-то невинное и забавное про Санта-Клауса или секс.
– Ты не инопланетянин. Тебе не нужна моя почка, - она сползает со стула и, проходя мимо него, толкает его плечом в бок. - Потом поговорим, мистер Большой Синяк. Я люблю тебя.
– А я тебя от Луны и обратно.
– А я от Юпитера и обратно, - она корчит рожицу и проскальзывает в приоткрытую створку, шлепая по полу прорезиненными носками.
Лидия перехватывает его взгляд на себе, пока он не останавливается на вкладке форума с рецептом коктейля из шпината и статистикой перинатальной смертности.
– Лидия… - Стайлз закрывает крышку ноутбука и берет ее за руку, и она в очередной раз думает, что наследники мировых корпораций на горных лыжах и солисты рок-банд в евротурах никогда не заказали бы одинаковые футболки с фамилией на спине для семейных поездок в Диснейленд, не будили домашних в Рождество протяжной «Джингл Беллс» и стуком противней с имбирным печеньем и не обещали ее еще плоскому животу пони и «Баскин Роббинс».
Лидия поднимает его голову, обхватывая ее руками, и целует его, и этим поцелуем ей хочется передать, как важно для нее все это время было быть рядом с ним.
//
– И только мы решили, что вовсе он не идеальный и не поселился в палате своей беременной жены, как на тебе, он снова тут, - весело говорит ему ночная медсестра и открывает дверь в отделение. - Но чтобы при обходе в полночь я тебя не видела.
– В двенадцать тридцать.
– Ты другим глаза не мозоль. Они тут неделями лежат, но никто им не приносит королевства и императорских креветок. Ну да иди уже. И не надоедай ей, она под капельницей.
Скотт проскакивает в ее палату по пропахшему хлоркой и увлажняющими кремами коридору и осторожно открывает дверь, на ходу спуская с себя джинсовку с нашивками скейтпанковского мерча. Малия, заметив его, вытирает запястьем мокрые щеки и по-ребячески морщится. С убранными за уши волосами, в его заношенном итальянском свитере поверх голубой больничной рубахи и в носках с пиццами она кажется такой родной и беззащитной, что Скотт не спрашивая ложится рядом и позволяет ей уткнуться холодным носом в его грудь, как делает всю последнюю неделю, зная, что ей это нужно. Он прижимается губами к ее пахнущей кокосовым шампунем макушке и забирается рукой под одеяло, оставляя ладонь на ее теплом круглом животе.
- Он снова делает это, - говорит она. - Шевелится, когда ты рядом. Он тут, - она сдвигает его руку на свой левый бок, к которому он прижимается ногой.
- Он разговаривает с нами. Давай, расскажи ему что-нибудь.
- Я? - ее брови сползают к переносице, и Скотт смеется.
- Сделаем это вместе, - он оглаживает ее живот и нагибается к ней, чтобы поцеловать.
- Тогда останься, - Малия кладет голову ему на грудь. - Я скучаю по твоим бисквитам с маслом и яблочным джемом на завтрак.
- Это был наш первый завтрак после твоего переезда. Почти пять лет назад, помнишь? - Скотт пододвигает ее к себе ближе. - Когда он подрастет, мы слетаем во Францию. Накупим сыра и бургундского вина. Как-никак, я все еще должен тебе каникулы в Париже и круассаны с ежевичным повидлом прямо в постель.
- Плохие советы из ромкомов, - она опускает руку с катетером на живот и проталкивает свою ногу между его. - Давай просто полежим, ладно? Утром съешь мой суп с крекерами.
- Я не уйду, - он целует ее в лоб.
- Хорошо, что ты мой, - она поднимает голову, и их носы соприкасаются.
- Твой, - подтверждает он.
========== Митчелл Дельгадо МакКолл ==========
Комментарий к Митчелл Дельгадо МакКолл
*Levy с англ. - взимание, обложение налогами, взыскание долга путем подачи иска и тд, и тп.
brockhampton - palace
Скотт вытягивает два образца голубой краски перед собой и оборачивается к жене: она сидит в пластиковом стуле посреди гипсовой пыли с расставленными ногами и полупустой банкой арахисовой пасты и гладит свой живот, натянувший застиранный джинсовый комбинезон. Их ребенок уже на подходе, но они все еще не закончили ремонт: коляска, старый манеж от Тейта и груды подгузников громоздятся в спальне, гостиная заставлена банками шпаклевки, стеновыми панелями и запечатанными коробками из Икеи с немногим из того, что нужно младенцу. Третий из оставшихся пяти месяцев до рождения Митча они со Стайлзом потратили на ремонт крыши, а она взяла да и обвалилась во время завтрака две недели спустя. Потом парни в синих строительных комбинезонах из фургончика Бектел проложили утеплитель и пенорезину за счет Питера, хотя после Скотт все-таки заставил его ассистентку выписать чек, взял ночные смены на бензоколонке “Тексако” в поселке и сворачивал к Тейту на ребрышки в пиве и домашний лимонад.
- Мы не покрасим стены в голубой, - Малия зачерпывает ложку арахисового масла и вталкивает ее в рот, вытягивая перед собой ноги.
- Почему нет?
- Потому что я так сказала.
- Это не ответ, Мал. По-моему, голубой подойдет.
- Не спорь со мной, МакКолл. У меня два мозга, а у тебя один, - она, с ложкой во рту, тычет пальцем в его футболку. - Красим в желтый.
- Ладно, - Скотт садится на корточки и опускает ладони по обе стороны от ее живота, и Малия тянется к нему, чтобы вытереть его щеки в гипсовой пыли. - Хочешь чего-нибудь?
- Хочу шоколадные хлопья и уже, наконец, родить. Я больше не могу ходить беременной. Он давит на мой мочевой пузырь. Вот опять, - стонет она.
- Давай помогу.
- Хочешь посмотреть, как я писаю? Мы вроде как прошли этот период в отношениях, - Малия устало поднимается, оперевшись локтем на подлокотник стула. За последние месяцы ее живот сильно выдался вперед, но то, что на нем натягивается, в плечах по-прежнему свободно висит. Вот и сейчас старая футболка с Элвисом Пресли надувается со спины под воздухом из вентилятора, когда Малия неуклюже шлепает мимо в резиновых тапках Адидас. Между ее лодыжками вьется их трехлапый Марли, выпачканный в строительной пыли и арахисовом масле. Скотт облизывает ложку из банки и выбрасывает голубые образцы в мешок, потирая запястьем щеку. Он слышит, как Малия опускает стульчак и шуршит джинсовым комбинезоном. Потом все смолкает, только Марли стучит лапами по ламинату у миски с кормом.