Кто здесь хозяин? [Новеллы]

Произошла эта история в те дни, когда немцы ползли к Кавкасиони и взрывы на Марухе — Владикавказе достигали Сухуми. Я работал в райкоме. Как сейчас помню, было три часа, когда бомбили Сухуми. Мы, партийные работники, и так не знали покоя, а тут эта бомбежка (она была первой). Иди и объясняй народу, что немцы далеко и мы вовсе не намерены сдавать Кавкасиони. С самого раннего утра до глубокой ночи разъезжали мы по городам и селам, составляли списки добровольцев, комплектовали бомбоубежища, проверяли распределение продуктов, выступали с рассказами о нашей армии. Вы думаете, все шло гладко? Были у нас трусы и предатели, что греха таить. Сосед мой, например, агент госстраха, одноглазый Джгетиа, даже вывесил на своем балконе плакат с надписью: «Добро пожаловать». Я бросился к нему с угрозами, я, мол, покажу тебе, провокатор, а он замахнулся на меня палкой и говорит, что приветствует не немцев, а подкрепления, что идут в Ажару. Что у него на душе, разве поймешь. Плакат мы его все-таки заставили снять…

В полночь, едва я сомкнул глаза, у нашей калитки затарахтела машина. Я по звуку узнал наш старенький «виллис» (тогда он, кажется, назывался «джип» или как-то там еще). Меня вызывали в обком.

В приемной нас собралось около тридцати человек. Это были сотрудники райкомов и исполкомов, военного комиссариата, а также органов безопасности. Никто не знал, почему нас вызвали в полночь. Хотя, что тут удивительного, время трудное и тревожное, и тут уж не до деликатностей. Дверь кабинета секретаря обкома была приоткрыта, за столом сидели трое. Между первым и вторым (Пармен Эсванджиа умер в прошлом году, бедняга) секретарями сидел в шинели, накинутой на плечи, мужчина в очках. Я его не знал. Было уже около двух часов, когда мы вошли в кабинет первого секретаря. Он встал, прочел список присутствующих, оглядел нас, потом перевел взгляд на гостя, и когда тот, в очках, молча кивнул головой, начал: «…Не буду скрывать, товарищи, на фронте положение тяжелое. Мы созвали сегодня тех, кто не нуждается в лозунгах и в долгих разговорах. Все вы знаете, конечно, что в горах на транспорте не развернешься, к тому же, где его взять (при этих словах секретарь усмехнулся и снова посмотрел на очкастого). А продукты и боеприпасы доставлять надо своевременно, вот почему нам следует обратить самое серьезное внимание на четвероногую тягловую силу. Всем вам следует буквально сейчас же, покинув этот кабинет, направиться в деревни. Необходима абсолютная мобилизация домашней скотины — лошадей, быков, ослов, за исключением, разумеется (он опять взглянул на гостя), коз и коров. Сельский актив уже предупрежден, вас будут ждать. Необходим самый строгий контроль…» Обычно он заканчивал свою речь словами: «Никакой пощады провокаторам и предателям», но на сей раз почему-то не сказал этих слов, лишь ознакомил нас с распорядком и пожелал удачи. В то время выступления и вопросы такого рода, как «а если мы не успеем» или же «как нам туда ехать», не были в моде. Каждый знал свое дело.