Город без надежды
- Автор: Дементьева Марина
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Город без надежды». Краткое содержание книги:
Закрытый город воцарившегося насилия и жестокости. И двое в нём.
Пока таких, как она, судьба сталкивает на самое дно жизни, такие, как он, по головам взбираются к вершине.
Кажется, у него есть всё. Кажется, у неё отняли последнее...
Он может защитить её от зла. Она может сделать для него неизмеримо больше.
18+
Я легла поверх покрывала, намотав прохладную невесомую ткань на руку. Медленно выдохнула и прикрыла глаза.
- Поговоришь со мной, Ханна?
В этот раз я не спала, но видение пришло так быстро, точно только и ждало приглашения проникнуть в моё сознание.
Моя реакция в видении до крайности заторможена, зато я настоящая резко дёргаюсь, потому что всё начинается с хруста лопнувшего в руке стакана.
Я-Ханна немо смотрю на то, как кровь и вода, смешиваясь, стекают с длинных, в ссадинах, пальцев. Стекло осыпается на стол, льдинками поблёскивает в миске с салатом, между графином и тарелками. Осколки засели в ладони, но Кристиан не замечает этого.
Сколько ему здесь? Лет четырнадцать? Тот безумный возраст, когда даже наименее склонные к саморазрушению ходят по краю, раздираемые на части бесконечными противоречиями.
В его широко распахнутых зрачках, как в чёрном зеркале, отражаются глаза матери, пустые и блестящие, словно покрытые лаком пуговицы.
Я чувствую вялое и настойчивое шевеление её мыслей, как могло бы чувствовать изъеденное червями яблоко. Неотвязный вопрос, отравлявший её и без того отравленное существование, заедал и другую жизнь.
- Когда-нибудь ты перестанешь т а к на меня смотреть? Ведь я тоже не выбирал, мама.
Кристиан стоит, упираясь о стол ладонями. Под правой расплывается бледно-красное пятно и темнеет, когда пальцы сжимаются, но всё это вижу я, а не Ханна.
И я понимаю то, что не хочет или не способна понять Ханна, - что это жило в нём с момента самоосознания, как язва, как дурная рана с отравленной кровью. И вот нарыв вскрылся, потому что так жить нельзя.
И призрачно слышны другие вопросы, которые даже тогда ему не хватило сил задать.
"Почему ты не любишь меня? просто потому что я - твой сын? Ведь я же люблю тебя, мама..."
По сведённым плечам прокатывается дрожь, его голос рвётся, но, судорожно вздохнув, он выравнивает дыхание, загоняет отчаяние обратно себе под кожу.
- Ты когда-нибудь простишь меня за то, что я е с т ь?
"Господи, да ответь же ему!" Но, конечно же, не могу изменить прошлое. Я-Ханна остаюсь неподвижной, сухие губы не шевельнулись.
Он мучительно ждёт ответа, хоть какого-то ответа, но не получает ничего. И не может даже возненавидеть Ханну, потому что уже тогда понимает, что мать у него отняли.
Ханна заторможенно шевелится, когда хлопает дверь. Глаза сонно моргают. В её измождённом наркотиком теле я поднимаюсь медленно, как старуха, и странной походкой иду по цепочке редких капель на сверкающем полу. Бреду, отражаясь в блестящих поверхностях, - совсем молодая ещё оболочка женщины тридцати двух лет, не смотря на годы одержимого саморазрушения сохранившая застывшие следы былой красоты.
Я иду не за сыном, хоть его образ мерцает перед глазами, словно отпечатанный на сетчатке. Он всегда ощущается чем-то причиняющим неудобство, чем-то, от чего хочешь и никак не можешь избавиться. Задавленные чувства путаются, играют в чехарду, подменяя одно другим. Если когда-нибудь Ханна и была способна разобраться в этой мешанине, то теперь время упущено. Только подрагивающая голова глубже уходит в плечи, когда в очередной раз где-нибудь впереди или сбоку будто бы возникает силуэт паренька в чёрной толстовке. Ханну ведёт чувство, которое едва ли можно назвать человеческим. Скорее какое-то первобытное, неосмысляемое чутьё.
Она слаба, и тело, давно не перемещавшееся на расстояние, превышавшее пределы дома, подводит. Но что-то упрямо толкает её вперёд, без памяти, без осознания, по одному лишь наитию. Наконец, она достигает цели и останавливается, тяжело и поверхностно дыша.
Она приводит меня к стене. И я узнаю место, где во второй раз встретила Кристиана. Туман забвения расступается, и ясно приходит воспоминание о том, чему тогда не придала значения: о глубоких проколах в металле, о похожих на ржавчину потёках под ними. И о мужской ладони, касавшейся этих следов.
Видение сворачивается, как бумажный лист, и я вновь оказываюсь в их с Кристианом доме. Кристиан не вернулся. Дом пуст, как пуста оболочка, носящая имя Ханна, и даже имя своё едва ли помнившая. Нет наёмных работниц и охраны, что порой присылает о н, объясняя это будто бы заботой о бывшей рабыне и её "щенке".