Россия и Франция. От Петра Великого до Ленина

Кутузов отступил со своими войсками в полном боевом порядке, объявив императору, что делает это для защиты Москвы. Военный совет, собравшийся после битвы на холме, с которого была видна Москва, обсуждал вопрос, стоит ли спасать город и принести в жертву этому спасению последнюю русскую армию. Если генералы Беннигсен, Евгений Вюртембергский и Ермолов стояли за оборону Москвы, то Кутузов в итоге примкнул к мнению малой группы офицеров во главе с Барклаем: нужно принести Москву в жертву по имя ослабления Великой Армии. Но главное, добавил Барклай, потери, понесенные под Бородино, численное превосходство Наполеона, сама местность обрекают русскую армию на оборонительное столкновение, которое она проиграет. Оставалось организовать отступление. Армия была ослаблена, а ее дух подорван битвой под Бородино и унизительным оставлением Москвы. Ее выход из города осложняло бегство гражданского населения. Из 200 000 московских жителей остаться решилось менее 10 000 человек.

Москва, в которую собирался войти Наполеон, снова без боя, находилась с 1812 года под началом генерала Ростопчина. Тот пользовался популярностью в высшем обществе Петербурга, причисляя себя, как докладывал Сегюр, к представителям умеренной и активной оппозиции императору. Александр его не любил, зато поддерживала великая княгиня Екатерина, которая настояла, чтобы брат доверил ему управление Москвой. Назначенный губернатором, Ростопчин забыл о своих оппозиционных наклонностях и проявлял безупречную верность императору. Перед ним стояла непростая задача: поощрять патриотический дух москвичей, подготовить их к ожидающим их испытаниям, в том числе вероятности длительной осады. Он решил выслать из города проживающих в нем иностранцев, в частности многочисленных французов, что и сделал за неделю до прихода Наполеона. 1 сентября, вступая в Москву, французский император, ожидающий депутацию городских властей, увидел перед собой пустой, мертвый город, что подтвердили несколько французов, избежавших выселения и вышедших ему навстречу. Обескураженный Наполеон почти сразу увидел, что город горит. Оставленная Москва была отдана во власть пламени, из окон Кремля, где он поселился, Наполеон смотрел на гигантский пожар, занявшийся одновременно со всех сторон. Этот чудовищный пожар разрушит не только Москву, но и надежды Наполеона и энергию его войск. Ростопчин попросил покидавших город жителей оставить двери домов открытыми, чтобы избежать нанесения им еще большего ущерба. Целая туча мародеров набросится на эти богатые дома, где оставались запасы еды, напитков и одежды. Среди них заключенные, которых Ростопчин впустит в город для усиления беспорядка, но в основном – наполеоновские солдаты, опьяненные изобилием съестных припасов, после того как они столько страдали от их недостатка в безумном преследовании русских войск. Для голодных, мучимых жаждой, деморализованных солдат начинается гигантское празднество, грандиозная, длящаяся дни напролет попойка. В общем, прямо-таки капуанская роскошь…[5] И результат будет такой же, как в Капуе, – моральное разложение победителей. Когда настанет момент покидать город, засыпанный пеплом, но столь гостеприимный, вопреки отсутствию своих жителей, французам не хватит транспортных средств, чтобы увезти с собой все, что они награбят в московских домах. После шести недель отдыха французская армия оставит за спиной Москву в руинах: пожар и разрушения, произведенные солдатами, обойдутся городу и его окрестностям в астрономическую сумму 270 млн рублей.