Электронная книга - «История одной любви. Окончание». Краткое содержание книги:
От автора:
За точкой ничего быть не может, но если вам любопытно, то загляните сюда: https://author.today/work/73853
16+
Возвращаясь, первым делом я накупил продуктов. Пакеты, полные свежего и натурального, грузно крякнули о коврик прихожей, жидкая пачка купюр (впрочем, издалека смотрелось здорово) небрежно полетела на тумбочку. Жест вышел убогим, хорошо, что Хадя больше обрадовалась продуктам. Или специально так сделала, чтобы не позорить? Тоже мне, бомбила-олигарх. Нужно быть проще. Быть собой. Именно об этом сказали волшебные глаза, на миг встретившиеся с моими.
Буду, обещаю. Собой можно быть разным, это зависит от того, с кем находишься рядом. С Хадей я был таким, каким хотелось мне. Без подстроек. Наверное, это и есть счастье.
Овощи, фрукты и зелень вместе с молочкой отправились в холодильник, а мясом милая хозяюшка сначала полюбовалась, как картиной эпохи Возрождения. Так мужчины смотрят на шкворчащий на шампурах и затем тающий в зубах готовый кусок шашлыка.
Хлеб мы не покупали. Хадя ежедневно делала пышные лепешки, выпекала в духовке. Что только она там не выпекала. И не только там. Имея в качестве инструмента лишь сковороду, она заваливала меня грудами такой выпечки, о которой даже слышать не приходилось. Что скажет обывателю из глубинки слово чуду (ударение на последнее «у»)? Мне оно говорило многое, и даже повторяемое, оно не надоедало — с учетом разной начинки, то мясной, то шпинатной, то творожной, то тыквенной, то крапивной… и это всего лишь начало списка, бесконечного, как познание. С виду чуду похоже на чебурек, но чебуреками меня тоже кормили, как на убой. Еще были кюрзе, чем-то напоминавшие вареники, про хинкал я уже говорил… В общем, на голодный желудок лучше не вспоминать.
— Сделаешь хинкал? — попросил я.
— Конечно.
И вечером я был счастлив.
Время — деньги, это стало моим принципом на ближайшие несколько суток. Я менял время, имевшееся в избытке, на деньги, которых очень не хватало. Увы, без особого успеха. Только дети и им подобные думают, что езда на машине — удовольствие, а выручка — это и есть доход. Ну-ну. Работа изматывает, деньги съедаются непредвиденными расходами на автомобиль и на самого себя, где вышедшее из строя (фильтры, тормозные колодки, шаровые опоры, кроссовки, носки и т. д) периодически нужно менять. Еще требовалось на прокормку машины и себя, на минимум одежды, на оплату жилья, связи и коммуналки. Сумма набегала немалая, а ведь надо откладывать на возможный большой ремонт. Рано или поздно, но его время придет.
Мастерство управления росло, рыхло-рваная недотепистость из движений исчезла, гордая посадка головы вместе с уверенным взглядом не давали клиентам сомневаться, что их возит профессионал. Левая нога породнилась со сцеплением, глаза — с зеркалами заднего вида. Жизнь налаживалась.
За эти дни я перестал выглядеть пародией на человека. Ушибы зажили. Отеки рассосались. Синева на лице либо исчезла, либо перешла в устрашающую желтизну, и при выходе к людям пришлось пользоваться солнечными очками.
Хадя тоже резко шла на поправку. На четвертый день без звонка явился Филькин брат. Полагающимся случаю осмотром молодой врач опять вогнал больную в краску, зато результат вызвал подзабытую за эти дни искреннюю улыбку. Я расплатился, все остались довольны.
При Хаде я обдумывал план, а на улице действовал. Пункт первый. Настя и Люська поддерживали отношения с Гаруном и его земляками, обе искали и, возможно, нашли кого-то. Или хотя бы какую-то информацию о ком-то нужном. Через них можно выйти на тех, кто в курсе происходящего. Хорошо бы прямо на Гасана, но меня устроят и посредники.
После некоторого колебания я набрал виновницу последних событий.
— Настя, это Кваздапил. — Машина подрулила к тротуару перед знакомым домом, взгляд прыгнул вверх: нужное окно зашторено, форточка приоткрыта. — Ты дома? Нужно поговорить.
— Я… Я собираюсь. Мне скоро выходить, поэтому…
— Открой, я уже внизу.
Пару секунд собеседница раздумывала, но домофон щелкнул замком, и тьма подъезда поглотила меня вместе со всеми мыслями.
Настя выглядела не как обычно. Даже не узнать с первого взгляда, хотя что-то знакомое, однажды виденное, проклевывалось. Она без косметики! Волосы всклокочены, на плечах висит оранжевая футболка, надетая без лифчика, о последнем факте говорили обширные выпуклости, глядевшие на меня отцентрованными коронами. Бедра обтянуты коротким трико, а босые ноги вдеты в меховые тапочки. Настя была словно только что из кровати. Спортивный вид — это, как говорится, для близиру; надето было то, что попалось под руку — поскольку глаза сонно щурились, а тело потягивалось в ожидании момента, когда разрешат вернуться обратно.