Двух дорог пересеченье (СИ)
- Автор: Nastyad87
- Язык: русский
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Двух дорог пересеченье (СИ)». Краткое содержание книги:
— Вы усомнились во мне, — звонко объявила она, глядя на то, как нежно Елизавета Петровна целует в щёчку свою дочку. — А ведь в своё время я смогла отказать самому императору — лицу, который вообще не привык слышать «нет» от своих подданных. Как думаете, есть ли у меня способности держать удар после отказа такому человеку?
— Император ухаживал за вами? — переспросил он потрясённо.
«И этот тоже!» — негодовал про себя Владимир.
— Давно. Это был всего лишь каприз. Прихоть его величества. Но я устояла — не стала любовницей Николая Павловича. Хотя, как вы наверняка догадываетесь, могла бы воспользоваться столь выгодным стечением обстоятельств, чтобы, к примеру, вернуть чин брату. Ведь увольнение из армии было страшным ударом для Михаила.
— Я этого не знал — о притязаниях государя.
Наташа повернулась к нему.
— При дворе нередко приходится выбирать между тем, что правильно, и что удобно. Поступая по совести, сохраняя честь, свою и своей семьи, порой ты платишь за это высокую цену. Вплоть до собственной жизни.
— Поэтому я не люблю свет. Ни тамошнюю обстановку, ни людей, обретающихся в ней. И причины этой нелюбви вам прекрасно известны, — ответил на это Корф.
Княжна ощутила свою потерянность. Миша, император, цесаревич. Каждый из мужчин пытаются или же пытались в прошлом решить за неё: кто — что ей делать, кто — что чувствовать, а для кого-то она, будь поуступчивее, могла бы стать ещё одним трофеем, громкой победой на любовном фронте. А Владимир? Чего он хочет на самом деле? Он желает, чтобы она стала его женой, следуя голосу своего сердца? Или на данный шаг Корфа сподвиг разум, подкрепляемый благородством?
— Вы ответите на моё предложение? — донёсся голос Владимира.
— Как я могу стать женой человека, который сомневается во мне? — Натали вновь приблизилась, пытливо всматриваясь в его лицо. — И разве так делают предложение, когда любят?
— Значит вы не верите, что у меня к вам могут быть чувства? Что я могу искренне хотеть этого брака, потому что люблю вас?! — в его повышающемся голосе послышалась угроза.
— Владимир, я уже сама не знаю, во что мне верить! Я ждала от вас слов любви, рисовала в своих фантазиях, как это будет! Думала, всё свершится совсем иначе!
— Вон оно что! О, Господи, а вы не подумали, что я попросту волнуюсь? По-вашему, мне было легко решиться сделать вам предложение? Учитывая, какой опыт я имею за спиной, беря в расчёт то, что я вообще не помышлял о новом браке! А вы, вы, Наталья Александровна, сейчас думаете, в первую очередь, о себе и своих чувствах! И вправду, как же я посмел подвести вас с вашими же фантазиями?
Теряя самообладание, ощущая, как больно ему сделалось где-то в груди, он бросил ей в сердцах:
— И однако как ловко вы берётесь решать за других, что и как им говорить, делать! Не уподобляйтесь!..
Владимир умолк в последний миг. Схватившись за голову, он отвернулся от неё. Каких усилий ему стоила эта скрытность! Но поведать обо всём Наташе означало не только нарушить слово, данное Михаилу, но и вновь показаться ей уязвимым. Точно также как ей не хотелось, чтобы он женился на ней из чувства долга, ему претила мысль, что она станет его женой из чувства жалости. И слова, опрометчиво брошенные цесаревичем, никак не выходили у него из памяти.
— Не уподобляться кому? Александру? Или вам с братом?! Расскажите же мне, о чём вы говорили! — требовала меж тем Натали. — Помогите понять, что вообще творится в вашем мире мужчин, раз всё устроено таким образом, и вы определяете за нас, женщин, наше же будущее!
— Я обещал хранить это в тайне. Спросите Мишеля!
— Ах вот вы как! — закричала Натали отчаянно. — А ещё имеете совесть упрекать меня в том, что я усомнилась в ваших чувствах!
— Я дал слово другому человеку! Вот и ответ на ваш вопрос: если мужчина обещает что-либо — он должен свои обещания выполнять! А вы, Наташа, ведёте себя как ребёнок, упрямо требующий желаемую игрушку! Не думал, что вы способны на подобные жесты. Неужели своим упрямством вы готовы разрушить наши с вами чувства? Наши отношения, которые и без того похожи сейчас на тонкое стекло — бросишь его, и оно разобьётся вдребезги!
Натали, опомнившись, увидела, как его облик в миг сделался неприступным, жестким и суровым. В противовес этому, в глазах Владимира она увидела боль и разочарование. Наташа обидела его, наговорила столько лишнего!
— Владимир, я…
— Нет уж, позвольте мне договорить! Ведь вы знаете — почти всю свою жизнь я полагал, что приношу людям, которых люблю, одни сплошные несчастья. Я потерял мать, отца, Анну. Страдания — вот мой удел — так думал я, пока не встретил вас! Но вы что-то сделали со мной, раз я поверил в то, что достоин счастья и любви. Вы убедили: во мне есть что-то прекрасное, а не одни сплошные недостатки. И я стал нравится себе таким — живым, мечтающим, способным по-доброму смотреть в будущее. Только теперь вижу, что всё напрасно! Это вы сомневаетесь во мне, раз полагаете, что я делаю вам предложение из чувства долга или из желания спасти из лап наследника, будь он неладен!
Кончив говорить, он какое-то время продолжал смотреть на неё, да так, что буквально пригвоздил Натали к её месту. Она стояла: ни жива ни мертва. Княжна не знала, как оправдаться, что ему ответить? Ей хотелось сказать, что ничего она с ним не сделала, не меняла его. Он таким и был, каким стал нравиться себе. Просто всё хорошее в нём им же самим намеренно пряталось подальше от людских глаз. Разве с Ванечкой он не таков? Не добр, не нежен и не ласков? Да и с Варварой тоже. Разве та не отзывалась о нём исключительно положительно? А Лиза, которая знает Владимира с детских лет?! Нет, он не поменялся. Быть может стал, наконец, самим собой, только и всего!
А что же Владимир? О, как тяжело ему было осознавать, что его надежды на счастье рухнули в один миг! Неужели всё было лишь притворством, женским кокетством? Возможно таким образом она решила отомстить ему за былую грубость и самоуверенность. Чем бы это ни являлось, всё, в любом случае, было зря! Чувствуя, что ещё немного, и она увидит его слёзы, предательски выступившие на глазах, он, стиснув зубы, в два шага подошёл к ней вплотную и сказал на одном выдохе:
— Прощайте! Оставляю вас наедине с вашими обманутыми ожиданиями!
Он двинулся прочь из комнаты. Натали, резко тронувшись со своего места, кинулась за ним следом.
— Нет, Владимир, постойте! Не уходите, нам надо договорить! — умоляла она, хватаясь за его рукав. — Почему у нас так глупо выходит? Остановитесь, прошу!
— Наташа, что здесь творится?
В гостиную вошёл Михаил Репнин, едва не столкнувшись с Натали и Владимиром, застывшими в дверях. Князь, не скрывая своего недоумения, уставился на сестру, чьи щеки покрылись красными пятнами, и Корфа, стоявшего рядом с ней и запрокинувшего голову к потолку. Наташа, завидев брата, выпустила руку Владимира из своих пальцев.
— Я услышал крики из своего кабинета, — вновь подал голос Репнин. — Но могу оставить вас и воротиться к своим делам. Только не нужно общаться на повышенных тонах — в доме слуги: что они о вас подумают?
— Мы уже всё обсудили, — прошептал отрывисто Владимир, словно ему с трудом давалось каждое произнесённое слово.
Он скрылся из виду. Наташа сперва смотрела ему вслед, точнее — в пустоту, оставшуюся от того места, где он только что стоял. А после на немеющих ногах добрела до диванчика, того самого, на котором сидел Владимир каких-то полчаса назад, бессильно рухнула и, спрятав лицо в ладонях, разрыдалась.
— Я так и не понял: что здесь произошло? — сказал Михаил, подходя к сестре. — Зачем вы с Володей кричали друг на друга? Почему у него был такой расстроенный вид, когда я вошёл? И, в конце-концов, отчего ты так горько рыдаешь?
Натали, не проронив ни слова, только сильнее зашлась в своих рыданиях.
— Ну-ну, успокойся, — приговаривал князь, опускаясь рядом. — Если вы поссорились, так это не страшно. Помиритесь! У Володи вспыльчивый характер. Но отходчивый. Вот увидишь, через несколько дней сам приедет просить прощения. Уж сколько раз мы с ним ссорились — сама знаешь! И ничего, до сих пор дружим.