Смещение
- Автор: Амнуэль Павел (Песах) Рафаэлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-6045754-2-0
- Жанр: Научная фантастика
Электронная книга - «Смещение». Краткое содержание книги:
Встречайте новый роман от классика жанра Павла Амнуэля — сверхтвёрдая НФ в увлекательной обертке фантастического детектива!
Но Уилер был честным ученым. Не найдя ни одного аргумента против идеи Эверетта, он дал «добро» на защиту. Более того, отправил диссертацию в Копенгаген — Бору, чтобы тот дал свою оценку. В отрицательном результате Уилер не сомневался. Бор ответил даже более резко, чем Уилер ожидал. Идею многих миров Бор отверг.
Диссертацию Эверетт защитил в апреле пятьдесят седьмого. Все необходимые формулы многомирия там были. Все необходимые слова сказаны. Только в одном Эверетт все-таки последовал требованию учителя. Слова были сказаны, но так, что понять их можно было по-разному. Как говорится, sapienti sat. В июле в журнале «Reviews of Modern Physics» Девитт — он тогда был временным редактором — опубликовал статью Эверетта — очень сильно сокращенный вариант диссертации. Там даже sapienti мог не быть sat. Настолько, что Уилер при корректуре добавил свой комментарий — по видимости поддержавший Эверетта, по сути отвергший его идеи.
Шеффилд, я это к тому, что, когда Эверетт писал окончательный вариант диссертации для передачи Уилеру, у него уже была идея продолжения. Идея, которую он с учителем обсуждать не стал — не хотел ввязываться в бессмысленную дискуссию с ожидаемым финалом. Пусть сначала пройдет защита. А после защиты…
Жизненная трагедия Эверетта заключалась в том, что после защиты не было ничего. Эверетт надеялся, что его работу заметят. Будут обсуждать, критиковать — и тогда он опубликует дополнение. Самое важное, на самом деле, в его работе. Нельзя — Эверетт был прагматиком и прекрасно понимал — публиковать более сильную идею прежде, чем физики согласятся с первой, изначальной, простой, по сути: о бесконечном числе миров, рождающихся каждое мгновение просто потому, что во Вселенной каждое мгновение что-то происходит, и каждое мгновение есть выбор из двух и более вариантов.
Алан отхлебнул из бутылки, закашлялся, отхлебнул еще и закашлялся сильнее. Шеффилд хотел встать, похлопать Бербиджа по спине, сказать, что не следует ему пить, не умеет он пить виски, и вообще хватит говорить непонятное.
Вместо этого Шеффилд закрыл глаза, чтобы не видеть Бербиджа. Он и уши заткнул бы, чтобы не слышать, но руки лежали плетьми на столе, и поднять их Шеффилд не мог — все равно что сдвинуть с места пирамиду Хеопса.
Шеффилд не хотел продолжения. Знал, что услышит страшное. Почему? Физика — чистая, никому не нужная физика. Но Шеффилду стало страшно. Не от слов — слов он не понимал. Не от голоса Бербиджа — голос он перестал слышать. Страх возник сам по себе, ни от чего, будто в давно забытом детстве, когда он, маленький, лежал в кроватке, свернувшись клубочком, мама выключила свет и вышла, и в темноте возилось нечто черное, огромное, душное, подходило, протягивало руки…
Что… что было потом?
— Что было потом? — спросил Шеффилд.
— Ничего. — Алан курил, жадно вдыхая дым, и ответил не на вопрос адвоката, а на свой, сказанный, но не заданный. — Не было ничего. Вы представляете, Шеффилд, каково жить, зная, что главную идею, главную работу вы не сможете не только опубликовать, никакой физический журнал не примет статью к публикации, нет, вы даже обсудить ее не сможете, даже намекнуть! Вы сказали «А» — ждите, пока люди с вами согласятся, и только после этого говорите «Б». Если сказать «Б» раньше времени, люди и от «А» отвернутся окончательно.
А? Б? О чем он? С каждым новым словом Бербиджа страх, родившийся из тьмы, все ближе подбирался к свету. Если открыть глаза, страх взорвется, как брошенная наугад граната, станет больно.
— Не надо!
Кто это сказал? Кто-то третий вошел и вбросил два слова, будто дважды выстрелил?
— Что?
Бербидж замолчал наконец, и адвокат смог разлепить веки. Страх не взорвался, но и не растворился в ярком свете, густом, как сметана.
— Что? — переспросил Бербидж.
Ответить Шеффилд не успел. Медленно начала открываться дверь, и адвокат указал пальцем. Было тяжело, но он смог. То, чего он боялся, сейчас входило в дверь, невидимое и неотвратимое.
Алан обернулся на звук.
— Миссис Риковер! — воскликнул он. — Могу я попросить еще бутылку?
Эльза высоко подняла брови. Встретив вопросительный взгляд Шеффилда, сказала:
— Звонит миссис Чарлз из офиса доктора Кодинари. У них что-то произошло, и она хочет говорить с вами, шеф. И она не хочет, чтобы доктор знал о звонке.
— Странно… — Шеффилд почесал переносицу, пытаясь сосредоточиться. — Хорошо, Эльза, переведите разговор на меня.