Ойроэн

Таргано выпил много, но взгляд его оставался твердым и внимательным. Он метнул его в сторону двух девушек – ухоженных и красивых, но, как по мне, слишком уж робких, даже испуганных – и улыбнулся той особенной улыбкой, которая предвещала скорую забаву. Потом посмотрел на меня, хмельную и веселую, как всегда лохматую, одетую в старую драную рубаху с чужого плеча... Да уж, я мало походила на этих милых птичек, что кинулись снимать с него плащ и стаскивать тяжелые походные сапоги.

Он оттолкнул их, не касаясь, одним небрежным движением пальцев. И привлек к себе меня. Стиснул за самое нежное место, сверкнул жгучими темными глазами.

«Ну-ка, малышка, научи меня, как сделать женщине хорошо! Бери вот эту, – он ткнул пальцем в девушку с красивой маленькой родинкой на щеке. – Доведи ее до крика. Или не сумеешь?»

Я смешалась, вспыхнула, ощутила, как краска заливает не только мое лицо, но и все тело. А потом ухмыльнулась ему дерзко. Да как он мог подумать, будто что-то мне не под силу?!

Это было странно. Странно и волнительно. Но уж про свое-то тело я знала все, а женщины не слишком отличаются друг от друга...

Девчонка смотрела на меня с обреченным страхом загнанной лани, она бы заплакала, пожалуй, и убежала, но какая-то неведомая мне сила держала ее на месте. Я цепко схватила красавицу за руку и увлекла на широкую, очень широкую лежанку, заваленную пестрыми вышитыми подушками. Уронила в эту мягкую кучу, ощутив знакомый запах красного кимина, сладкий и горький одновременно. Вся постель была пропитана им, и почему-то это пьянило. Но еще сильней дурманил мой разум этот первобытный бесконтрольный страх пойманной жертвы. Очень быстро я забыла про таргано, ощутив, как распирает меня неведомая доселе страсть к человеку, чья природа была подобна моей. И я позволила ей управлять моими губами и моими руками, делая для этой девочки то, чего уж точно никогда не делал Бенеш...