Русско-турецкая война. Русский и болгарский взгляд, 1877–1878 гг.
- Автор: История Коллектив авторов --, Костенцев Арсени
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Яуза
- ISBN: 978-5-9955-0927-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Русско-турецкая война. Русский и болгарский взгляд, 1877–1878 гг.». Краткое содержание книги:
Дядя Костантин, спешившись с коня, вошел в приемную, будто бы передохнуть, и уже не вышел оттуда, устроившись у эконома. Для нас отдельной комнаты не было, и мы ночевали на диванах в широких сенях. Там мы жили до праздника Богородицы. Архимандрит Стефан, гостеприимный и интеллигентный молодой монах, распорядился так, что все то время, что мы там жили, нам регулярно накрывали и обед, и ужин — всего вдоволь и все самое лучшее и хорошо приготовленное. На празднество Богородицы, как только это разрешает церковь, он пригласил нас к господину Стефану Карагёзову, где он сам размещался с тех пор, как мы поселились в митрополии, и устроил в нашу честь обед для разговения.
То ли на следующее утро, то ли на следующий день турки со стороны Тузлука вновь совершили нападение в районе Оряховицы и посеяли такую панику, что все остановившиеся там казанлычане и старазагорчане бежали, одни к Свиштову, а другие в Румынию, Зимнич и Александрию[329]. Дядя решил, что и он поедет в Александрию, где разместилась его сватья, старая Неда, со своей дочерью и зятем, и куда отправились и некоторые другие казанлычане. Он пригласил и меня сопровождать его, но мне не хотелось ехать так далеко от родителей, о которых я не знал, что они делают в Габрово, и не имел еще возможности забрать их оттуда. Денег у меня поубавилось, а ассигнации, которые у меня имелись, никто не хотел обналичивать. Пока дядя еще не уехал, я попросил его занять мне 40–50 лир; но он показал мне кошелек, и у него было не больше 10 лир. Однако, чтобы помочь мне, он телеграфировал в Вену своему зятю, указав ему, где взять 100 лир. Два дня он ждал ответа и ничего не получил; а паника разгоралась все больше, и, нагрузив повозку с буйволами, он уехал в Свиштов, откуда обещал постараться мне помочь. Я проводил его и остался в Тырново неприкаянный.
К чести сказать, и паника скоро утихла, так что каждый занимался своими делами. Мы все еще околачивались в митрополии, куда вскоре должен был вернуться и архимандрит, и уже требовалось позаботиться о том, где еще мы можем остановиться.
Я начал искать дом, и при содействии старика Янко Белялии мы устроились у старой Луканицы, матери убитого в восстании у Дряновского монастыря Тодора Левтерева. Эта старушка была сама воплощенная доброта; весь свой дом и домашнюю утварь она оставила в нашем распоряжении, и мы разместились у нее, как будто у себя дома. Сейчас оставалось только найти какую-нибудь работу и позаботиться о том, чтобы забрать из Габрово родителей. Начался уже сентябрь, по утрам стало достаточно прохладно, и мы дрожали от холода в своей легенькой летней одежде. Мы ощущали необходимость в более теплых вещах и одеялах, к тому же и зима должна была вот-вот прийти, а нам требовалось не только питаться и одеваться, но и чем-то согреваться. Оставшись почти без денег, я маялся и ломал голову над тем, что делать, чтобы найти работу; и мартинка, которую я купил в Габрово и привез с собой, чудом пришла мне на помощь. Я взял ее вместе с патронами и попал к Стефану Мартинову, торговцу, который был мне знаком еще с Плевны. Он был доблестным молодым человеком. Я подал ему ружье и попросил за него одну лиру.
— Мне ружье не нужно.
— Нужно не нужно, а мне нужна одна лира.
Он посмотрел на меня и дал мне лиру. Я оставил ему ружье и вышел, купил чернильницу, перья и бумагу, пошел в цирюльню Христаки, зятя доктора Антонова, и попросил его разрешить мне сесть у стола, писать прошения. Он по доброте своей не отказал мне. Я сел и тотчас написал большими буквами на листе бумаги «Контора для составления прошений Д. Т. Душанова» и выставил его на одном из оконных стекол. К вечеру я написал несколько прошений и получил около 2 рублей. Следующим утром я начал пораньше, так что получил еще больше. На третий день я увидел, что объем моей работы увеличивается и я причиняю неудобства этому доброму человеку из-за толпы, которая потоком шла ко мне, и решил арендовать контору и не причинять ему неудобств.
329
Города в Румынии; Александрия во время русско-турецкой войны 1877–1878 гг. — один из основных пунктов обеспечения русской армии.