Фрикадель

Центральное почетное место на столе занимало огромное блюдо с вареным рисом. А возле каждого гостя стояли всевозможные чашечки, мисочки и судочки с соусами, приправами и розовыми креветками. Из-под опущенных ресниц Юлечка бросала взгляд то на Никитку, сидевшего справа от нее, то на учителя Сян Лэя, сидевшего слева, то на правителя Лян Чжуна. Под изучающим взглядом правителя Никитка, как и сестра, застыл с палочками в руках в почтительном полупоклоне.

Юлечке чудно было смотреть на брата. Таким образцово вежливым и образцово чистым она видела его впервые. После ароматной ванны с лепестками роз мальчишку с головы до ног натерли благовониями и пригладили непокорные рыжие вихры, спрятав их под маленькую синюю шапочку на макушке.

Самый длинный темно-синий халат Сян Лэя смотрелся на долговязой Никиткиной фигуре, будто старинная дедова рубаха с рукавами «три четверти». Поэтому Никитка не раздумывая, откопал в сундуке светлые холщевые бриджи, натянул их под халат и остался доволен своим видом, несмотря на замечания слуг, что мол, благородному ученику не полагается носить крестьянские штаны под праздничным халатом.

Юлечке достался расшитый по подолу серебряными цветами нарядный голубой халат. Добродушная служанка расчесала после ванны Юлечкины волосы и соорудила на голове у девочки замысловатую прическу из трех кос и веточек цветущей сливы. Девочка строго настрого наказала, чтобы их серебристые комбинезоны никуда не прятали. И служанка заверила Юлечку, что одежду учеников энергичного Сян Лэя лишь постирают и сбрызнут душистой водой.

Девчонка вытряхнула из карманов все ценное, и сложила на Никиткину постель. Цилиндрик Эч-ча, однако, оставлять не стала, а взяла с собой, спрятав в за поясом складках халата – мало ли что может случиться…

Энергичный Сян Лэй просто раздувался от гордости. Еще бы правитель Лян Чжун собственной рукой отсыпал ему двадцать пять юаней за то, что он привел к нему живого сливового дракона.

Фрикадель же, не подозревающий, какая он важная персона, с удовольствием развалился во дворе, в тени огромного платана на расшитом бисером покрывале. Слуги принесли ему достаточно еды. И теперь дракон с интересом пробовал местные деликатесы.

Правитель Лян Чжун разглядывал молодых биньк э. Они ему казались довольно занятными. Огненный цвет волос, не привычный глазу, конечно, можно было оправдать варварским происхождением детей. Но Сян Лэй утверждал, что дети – это посланники Бо И, и явились ему в Храме Дождя во время священного ритуала. Значит его новые ученики, точно – посланники неба. К тому же у них есть дракон Ли Яо.

Так размышлял о необычных гостях Лян Чжун, перебирая пальцами с длинными ногтями подвешенные на шнурок к его поясу бамбуковые пластины, испещренные древними письменами. Пока правитель не приступил к трапезе, Сян Лэй и его ученики сидели молча, почтительно держа наготове свои бамбуковые палочки.

Юлечка стрельнула глазами в задумавшегося правителя. Ей было любопытно: почему же Лян Чжун не начинает есть? О чем он задумался? Неужели именно сейчас решается их с Никиткой судьба? Она покосилась на брата. Никитка сидел не шевелясь. «Похоже, братец волнуется не меньше меня», – подумала девочка и снова глянула на правителя, решив исподтишка выяснить, что представляет собой правитель Лян Чжун.