Наполеон и Гитлер [Сравнительная биография]

«Уничтожение Англии — это первая мысль, с которой утром просыпается Наполеон, — предупреждал Шеридан, — об этом же он возносит вечером и свою последнюю молитву, к какому бы божеству она ни была обращена — к Юпитеру или к Магомету, к богине сражений или к богине разума. Взгляните на карту Европы, с которой якобы чуть не исчезла Франция, и вы не увидите там ничего, кроме Франции». Уинхэм был встревожен еще больше: «Буонапарте - это Ганнибал, который поклялся посвятить свою жизнь уничтожению Англии».

Аннексия Пьемонта удивила и насторожила британское правительство. Дальше — хуже. Португальская Гвиана была передана Франции, и в это же самое время Испания вернула ей Луизиану, чьим генерал-губернатором был назначен генерал Виктор. Завоевания в западном полушарии продолжались. На Гаити был послан французский экспедиционный корпус, который быстро покорил эту страну, а вождь ее негритянского населения, знаменитый Туссен Лувертюр, умер при загадочных обстоятельствах в плену, после того как сложил оружие, поверив обещанию французов сохранить ему жизнь. Испания дала свое согласие на переход Пармы под управление Франции после смерти пармского герцога. В Швейцарии вспыхнула гражданская война, и Наполеон послал туда 40000 солдат под начальством генерала Нея. Алоиз Рединг со своей крошечной армией был разбит и взят в плен. Под нажимом Франции Турции пришлось уступить в вопросе о предоставлении французским коммерсантам беспрецедентных привилегий в Леванте. Последней каплей, переполнившей чашу, стало опубликование статьи полковника Себастиани в «Мониторе», являвшемся официозом консульского режима: он утверждал, что якобы большинство египтян ждут - не дождутся возвращения французов и что для повторного захвата этой страны хватит отряда в 6000 штыков. Далее полковник утверждал, что и население Ионических островов мечтает перейти в подданство Франции. В ответ на английскую ноту протеста Франция заметила, что у нее имеется куда больше оснований для недовольства, поскольку в Англии была опубликована книга, где содержались прямые оскорбления в адрес Первого консула и его армии (имелась в виду «История британского похода в Египет»). По обе стороны Ла-Манша газетные баталии становились все более разнузданными. Обмен посланиями между правительствами Англии и Франции превратился в поток взаимных оскорблений.

Бонапарт стоял на своем, утверждая, что его дей-ствия никак не являлись нарушением условий Амьенского договора. По мнению Первого консула, у Британии не было причин возражать против происходящих событий, особенно в Европе: Люневильский мир с Австрией (по которому гарантировалась независимость новой Швейцарии, а также Голландской и Итальянской республик) касался только франко-австрийских отношений, и Англии не стоило совать нос в чужие дела.

Очень похоже, и Гитлер уверовал в то, что после Мюнхенского соглашения Англии и Франции в Европе делать больше нечего. Почти наверняка Первый консул хотел мира, но на его условиях, точно так же, как нацисты, по словам Антони Идена, «хотели бы дружить с нами, при условии, что им позволили бы настоять на своем».