На ближневосточных перекрестках
- Автор: Герасимов Олег Герасимович
- Год: 1983
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «На ближневосточных перекрестках». Краткое содержание книги:
Автор много путешествовал по странам Арабского Востока, побывал в горах Йемена, долине Хадрамаута, на побережье Персидского залива и в других районах Ближнего Востока.
«Гость — от Аллаха, и шаммары всегда готовы его принять». Так сказали шейхи, гости Машааиа, и закипела работа: резали маленьких баранчиков (тыли) и складывали их на огромное блюдо с рисом, который называют здесь «аиш» (хлеб). Рис был обильно приправлен жиром, изюмом, миндалем, а также куркумовым корнем, отчего баранина становится желтого цвета.
Первыми к готовому блюду подходят гости и хозяин. Присаживаемся на корточки правым боком к саания абу курси — огромному медному блюду с пятью засыпанными рисом баранами. Есть полагается правой рукой, щепоткой, запрокидывая голову и стряхивая в рот рис и кусочки мяса. Не дай бог коснуться еды левой рукой: сразу покроешь себя позором. Ведь левой рукой совершают омовение. Вдруг следует команда «Ювазза!» (Раздавай!), и один из шейхов, отделив баранью голову, начинает распределять мясо среди особо почетных гостей. Одному достается глаз, второму — ухо, третьему — язык. Гости ловко рвут мясо крепкими белыми зубами и жуют рис. Вокруг блюда стоят несколько кувшинов с лябаном — кислым, разбавленным водой, овечьим молоком. По легкому кивку слуга бросается к гостю с кувшином, наливает в его стакан лябан, который гость громко выпивает. Иногда рядом с лябаном ставят еще и финики, лучше всего свежие, называемые «ратаб», что означает «сырой», «влажный». Сейчас их нет, и мы обходимся без десерта.
После трапезы гости благодарят хозяина, а затем, выйдя из шатра, моют с мылом руки и рот. Я также моюсь и, — улучив момент, говорю шейху Машаану: «Анаам Алла аляйк!» — и через несколько секунд добавляю: «Алла икассир хейрак!». Эти распространенные среди бедуинов формы благодарности за угощение можно перевести следующими словами: «Да вознаградит тебя Аллах!» и «Да увеличит Аллах твое добро, богатство!»
Теперь к блюду подсаживаются дружина шейха и личные слуги. Когда же остается немного риса и сильно зажаренного, твердого мяса, к блюду подходят несколько слуг и, что-то громко крича, хватают его за края. Выкрикивая непонятные мне слова, они тащат его ко входу другого шатра. За ними бросаются откуда-то появившиеся женщины, которых шейх. Машаан не представляет себе в роли министров, и собаки.
Итак, теперь, когда все нормы бедуинского гостеприимства соблюдены, шейх Машаан и его свита собираются в путь. Он садится в небольшой грузовичок рядом с шофером, а в кузов, как дрова, складывают винтовки, туда же прыгает его босоногая дружина. Остальные шейхи рассаживаются по своим машинам, а их дети — в спортивные автомобили. Отправляюсь в путь и я.
Возвращаюсь на север, к Мосулу. Завидев издалека машину, на обочину выскакивают ребятишки. Они предлагают черные трюфели — съедобные подземные грибы, которых особенно много весной в этом районе. Трюфели, называемые в Ираке «чима», собирают в степи ребята с помощью дрессированных собак и продают их пассажирам автобусов и автомашин, курсирующих по трассе Багдад — Мосул.
Почитающие дьявола
Мой путь лежит на северо-восток, в. курдские районы Ирака. Выезжаю в Эрбиль из Мосула ранним утром. Дорога идет по новому мосту через Тигр, минует дом местного богача, построенный почему-то в форме пагоды, затем мечеть Юнеса и рассекает деревню Ниневию, раскинувшуюся на месте столицы Ассирийской державы. Попадаю в Ниневию, через ворота, которые реставрируют иракские археологи. Проехав их останавливаю машину, оглядываюсь на. почти восстановленные ворота и вижу небольшой пролом, в котором с трудом разминутся две повозки. Насколько наши представления о величии не совпадают с представлениями древних!
Дорога идет на юго-восток, через селения, где рядом с мечетями соседствуют церкви. Но кроме христиан и мусульман в этом районе Ирака живут представители таинственной секты езидов.
О происхождении этой секты нет достоверных сведений. В своих религиозных представлениях езиды соединили различные элементы зороастризма, распространенного в древнем Иране, иудаизма, несторианства, ислама и других вероучений. Верование езидов исходит из идеи двух начал при сотворении мира — добра и зла, света и тьмы. Они верят в бога, носителя добра, и в сатану, «дух отрицания», называемый-Мелек-Тауза. Последний выступает в образе павлина и ревностно следит за выполнением предписанных норм поведения. Езидам следует добиваться благосклонности сатаны. Они поклоняются изображению павлина, во время религиозных процессий носят его медную статуэтку, курят перед ним благовония, жертвуют золотые и серебряные вещи, но не произносят вслух его имени, слова «шайтан» или иного созвучного слова. Они никогда, не назовут реку, «шатт», а спички — шихата», как это принято в Ираке. После ритуальных шествий медная фигурка павлина передается на сохранение тому езиду, который во время торжественной процессии сделал самое большое пожертвование.
Езиды не едят мясо петуха, ибо он похож на павлина, рыбу, чтобы «не разгневать Соломона», салат (хасс), под каждый листок которого «навсегда проник дьявол», свинину, мясо газели. Синий цвет, по их мнению, приносит несчастье, поэтому они предпочитают не носить одежду этого цвета. Езиды отпускают длинные волосы, которые заплетают в косицы, а на голову надевают войлочные конусообразные колпаки. Они совершают паломничество к могилам своих святых шейхов, постятся только три дня в декабре, причем в каждый день поста обращаются лицом к восходящему солнцу. Женщины у езидов пользуются кое-какими правами. Девушки свободны в выборе своих женихов, невеста может отказать своему суженому, а женщине разрешаемся вторично выйти замуж, если ее супруг отсутствовал в течение года.
О происхождении названия этой секты существует несколько Мнений. Езиды называют себя «дасини», что созвучно названию горы Хаккари, или — по-турецки — Дасен, находящейся на турецкой территории, на стыке границ Ирака, Ирана и Турции. Они говорят на курдском языке, но среди езидов встречаются различные этнические типы. Некоторые считают, что название секты происходит от слова «яздан», что на персидском языке и некоторых диалектах курдского языка означает «бог». Кроме того, существует версия, по которой это название связывают с исторической иранской провинцией Язд. Впервые о езидах писали арабские историки XII в., которые сообщили, что ранее эта секта называлась «адавия» по имени ее основателя шейха Ади ибн Мусафира, умершего в 1161 г. Другие ученые полагают, что происхождение названия секты связано с именем омейядского халифа Язида ибн Муавии, по приказу которого в районе Кербелы был окружен и уничтожен отряд аль-Хусейна. Этим объясняется неприязнь шиитов к езидам, которая проявляется и в настоящее время.
О происхождении и жизни шейха Ади также нет достаточных сведений, хотя иракские езиды, с которыми я говорил, знают о нем. По некоторым арабским источникам, шейх Ади — потомок аристократической мекканской семьи Омейи, члены которой занимали халифский трон в Дамаске в раннее средневековье. Датский путешественник Нибур, странствовавший по Северному Ираку, писал, основываясь, по-видимому, на устных рассказах езидов, что шейх Ади был арабом и выходцем из семьи аш-Шам-ра ибн зи-аль-Джавшана, который принимал участие в убийстве имама аль-Хусейна и стал организатором религиозных гонений на сторонников имама во времена халифа Язида. Езиды, по словам Нибура, почитают аш-Шамра. Существует также мнение, что шейх Ади был курдом и исповедовал зороастризм, прежде чем создал свое синкретическое верование. По-моему, и те и другие исследователи могут быть правы. Ведь уже доказано, что некоторые шейхи курдских племен ведут свое происхождение от семьи омейядских халифов, члены которой после захвата халифского престола Аббасидами бежали в неприступные горы Северного Ирака, где и получили приват у курдских племен. Поэтому основатель секты езидов вполне мог быть курдским агой с примесью аристократической арабской крови.
Общая численность езидов — свыше 150 тыс. В основном они живут в Ираке и Турции. Иракские езиды главным образом населяют отдаленные торные районы провинции Мосул. Один из центров, вокруг которых группируются их деревни, — гора Маклуб. Здесь, в Айн-Сифни, живет их духовный глава — мир. Неподалеку от Айн-Сифни, в 12 км, находится могила шейха Али и его первых последователей. Районом концентрации езидов считаются также горы Синджар на северо-западе Ирака, близ сирийской границы.