Интимный портрет дождя

Она лежала лицом вниз. Когда мы хотели поднять ее, заехала по Натке коньком:

– Уйдите, – говорит.

Потом встала. Спиной к нам. Заковыляла к забору. Лед под ней был в крови. Начала тереть лицо снегом.

–Что с ней? – испугалась Томка.

–Мариша, что с тобой, Мариш, а? – Натка подъехала к Маринке.

Та молча, с ожесточением терла лицо.

Мы стояли поодаль. В такие моменты Марина не любила, когда к ней подходят. Натка вернулась к нам и прошептала:

– Вся физиономия вспухла, страсть. – И она вдруг хихикнула.

–Жаль, Иванова нет верхом на быке, – шепотом отозвалась долговязая Тома.

–Ага, ага, верхом на быке, – подхватила Натка.

Ее быстрые черные глазки, казалось, силились сфотографировать весь каток, с красным пятном сбоку и Маринкиной упрямой спиной у сугробов.

– Да, Иванов бы не упустил случая подонжуанствовать, – глубокомысленно протянула Тома.

– Ага, – подхватила Натка, – приехал бы за ней Дон-Жуан верхом на быке.

А на другом конце льда кто-то шумно переругивался с хоккеистами, не желавшими уходить, и сторожиха в стеганке тыкала пальцем часы. Каток закрывался.

Мы молча брели по рыжему от песка тротуару. Огни рекламы безжалостно светили в Маришкино разбитое лицо.

–Гляди, как девочка покалечилась, – сказала женщина в вязаном платке малышу. – Вот не будешь маму слушать, тоже…

–Бедняжка, кто ж это ее так, – сочувственно завздыхали две старушки.

Маришка мрачно покосилась на старух:

– Они меня доконают сегодня, – дернула уголком рта. – Слушайте, – обернулась к нам, – кто меня еще пожалеет, врежу тому по морде.

Первая в Маринину квартиру ступила Натка. Маринка быстро выключила в коридоре свет.

–Ну, наконец-то, гулена, замерзла небось? Отец поднял руку к выключателю.

–Все о'кей, па, – зазвенел в темноте бодрый Маришкин голос. – Только свет не зажигай.

–Что за глупости? – отец быстро включил свет.

Да-а, тогда, на катке, ее физиономия выглядела приличней. Куда приличней. Маришкин отец побледнел и бросился к телефону. А мы тихонько выкатились из квартиры. На улице Натка затарахтела:

– Спорим, Маринка не придет в понедельник в школу? Спорим?

–Конечно, не придет, – усмехнулась Тома. – Представляю, что будет с Ивановым…

–Ага, не придет, ой, что с Ивановым-то будет! – как эхо отозвалась Натка. – Дон Жуан на вороном быке.

В понедельник Марина пришла.

Все уже сидели на местах. Учителя не было. Когда вошла Маришка, Тома присвистнула и произнесла нарочито громко:

– Гордон, почему вы опаздываете?

И все разом посмотрели на Маришку. Ее распухшее лицо было густо запудрено и напоминало высеченную из камня физиономию скифа. Под глазом примостился порядочный синяк. Тома и Натка переглянулись и хихикнули. А Маришка невозмутимо направилась к своей парте, но на полпути остановилась и обвела класс детективным взглядом.