Вот Жизнь Вечная: Жития и чудесные видения святых Василия Нового и Григентия, архиепископа Эфиопского
- Автор: Коллектив авторов
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Сибирская Благозвонница
- ISBN: 978-5-91362-326-3
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «Вот Жизнь Вечная: Жития и чудесные видения святых Василия Нового и Григентия, архиепископа Эфиопского». Краткое содержание книги:
Житие Григентия, архиепископа Эфиопского, проповедовавшего Евангелие на древней Савской земле (современный Йемен), составляет вторую часть книги.
Как только услышал я, что больше не увижу его телесно, как прежде, то испугался и заплакал горько, говоря:
— Но честный отче! Как выдержу я разлуку с тобой? И кто будет вместо тебя вести меня и помогать мне в немощи моей, в плотских страстях и в искушениях бесовских и во всех других тяготах? Горе мне, несчастному! Увы мне, жалкому! Какой суровый приговор услышал я!
Святой же Василий, прервав плач мой, сказал:
— Не надо, дитя, плакать безутешно из-за ухода моего. Ибо не следует это оплакивать, но напротив, радоваться и благодарить Господа, что Он призывает нас из этой горемычной жизни в ту жизнь, блаженную и беспечальную. Разве нет здесь всяческого смятения и невзгод скованной и бедной душе? Разве не находимся мы словно в бушующем море, захваченные волнами и порывами бесовскими всякий раз, когда повинуемся нуждам тела, от которых от всех избавляется несчастная душа, когда отделяется от тела и переходит к жизни вечной, которая свободна от всего этого, и переходит к Создателю и Богу? Если же ты печалишься из-за утраты пользы от меня, об этом не стоит так уж рыдать, ибо теперь у тебя Бог учитель и помощник. Но и мы не удалимся от тебя совсем, — если только найдем благоволение у Бога, — ибо всегда я был вместе с тобой и не предам тебя. Разумеется, в том случае, если и ты возлюбишь идти по узкой и скорбной дороге, по которой ступал и я, и не впадешь в суетные наслаждения и радости и в заботы мирские, но сохранишь неугасимым пыл любви ко Господу и влечение к вечным благам, которое Он разжег в сердце твоем, а не закопаешь его. Потому что как огонь тушит вода, так и любовь к Богу заглушается и гасится мирскими заботами и наслаждениями. Но с тобой, чадо Григорий, пусть не будет так. Итак, ступай с миром, и да пребудет с тобой Господь. Аминь.
Я вернулся домой. Через несколько дней наступила Великая святая Четыредесятница, во время которой я имел обыкновение не выходить из дома, но хранить покой с пением божественных песен и псалмов в посте, и слезах, и земных поклонах по силе. Этим занимался я все время в покое до светлого и животворящего Воскресения Христова, поражаемый помыслами, сильно уязвляемый в сердце скорбью, проливая непрестанные слезы, как воду, которую пил для поддержания немощного тела моего.
В Светлый Вторник я вышел из комнатки своей и побежал в дом, где жил святой, уверенный по великой любви к нему, что застану его еще живого. Когда я добрался до места и спросил о нем людей в том доме, я услышал, что 25 марта, совершив празднование Благовещения и причастившись Пречистых Таин, он почувствовал легкую головную боль, прилег на место, где обычно отдыхал, и предал душу свою святую в руки Бога. В этом мире он оставил вечную и бессмертную память в богоугодных делах своих, свыше сил человеческих, запечатлев свою любовь ко Христу смирением, кротостью и незлобием, победив Его именем страсти, болезни и козни диавола. А в том мире прибыло святого полку первородных.
И вот, перед честным его телом, над которым воспевались псалмы и гимны, можно было видеть множество верных, которые текли, как река, чтобы увидеть праведника Божия и освятиться, дотронувшись до какой-нибудь части рясы его, и облобызать его руку. Так как люди, окружавшие его, видели в нем святого, ибо хорошо знали жительство его, и называли его истинно блаженным.
Тогда вышеупомянутый Константин Варвар, который принимал святого в доме своем, думал погрузить честное тело святого на корабль и переправить в свое поместье на той стороне пролива, расположенное напротив Константинополя к востоку, где был знаменитый храм Пресвятой Богородицы, и там положить его. Однако Иоанн, о котором я говорил ранее, как он вначале направил меня к святому, не позволил ему совершить это, сказав Константину:
— О господин мой и возлюбленный брат! Зачем ты решил увезти от нас святого, словно посчитав, что нет для него места в Константинополе? Ты бы лучше распорядился, а я найду достойное место, где погребсти угодника Божия.