Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера
- Автор: Уард Джозеф Т.
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Random House
- ISBN: 0307784312, 9780307784315
- Переводчик: Сергей Бокарев
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера». Краткое содержание книги:
Письма, которые писал домой Джозеф Уард, раскрывают редко наблюдаемую сторону войны. Находясь под ночным минометным обстрелом, с ротой морпехов в простреливаемых джунглях, выполняя секретные задания в Лаосе, или ведя опасную «свободную охоту» в группах из двух человек, Уард жил на войне тем способом, которым жили лишь несколько человек. И воевал он так, как воевали лишь некоторые — лицом к лицу с врагом.
Бортстрелок вертолета открыл огонь, сигнализируя о нашем снижении и о том, что по нам откуда-то стреляют, и мои мысли вернулись в настоящее.
К тому времени, когда мы с Дейвом Саттлзом высадились в расположении роты «Чарли», ее численность, даже с учетом пополнения, была ниже штатной на 20 процентов. Шкипер отчаянно пытался снизить потери, и когда мы высадились из вертолета, он утащил нас на совещание. Это был призванный из запаса капитан, недавно прибывший во Вьетнам, и было ясно, как Божий день, что он никогда не видел ничего подобного тому, что творилось в «Аризоне».
Он был хорошим шкипером, но спустя неделю, в течение которой его люди постоянно убывали мертвыми и раненными, ему нужно было решение. Казалось, что все авиационные и артиллерийские удары малоэффективны. Я едва не сказал ему, что в «Аризоне» так будет всегда, и мы мало чем можем ему помочь. Это было самое опасное место в округе, но как бы парадоксально это не звучало, здесь был рай для снайперов. Обширные просматриваемые зоны давали нам возможность использовать снайперские винтовки с продольно-скользящими затворами по своему прямому назначению. Это же являлось преимуществом и для противника, и снайперские дуэли не были здесь чем-то необычным. За полтора года до моего прибытия в таком поединке убили друг друга снайпер 5-го полка морской пехоты и снайпер НВА, — они выстрелили одновременно.
Шкипер дал «добро» на реализацию моего плана по защите «Аризоны». Мы хотели частично воздержаться от дневного патрулирования, и вместо этого с Дейвом выходили бы перед восходом или закатом солнца в надежде поймать передвигающиеся вражеские войска. В условиях ограниченной освещенности или в лунную ночь снайперская винтовка позволяла устойчиво работать на дистанции до тысячи ярдов. У Дейва будет радиостанция, поэтому в случае какого-либо замеса, мы сможем вызвать авиационную или артиллерийскую поддержку, чтобы прикрыть свой отход.
В течение следующих двух недель мы достигли хороших результатов, но это была лишь отчаянная попытка спасти положение. Я зафиксировал восемь подтвержденных уничтожений и множество вероятных. Интенсивность вражеской деятельности мешала нам проводить осмотр тел, поэтому большинство моих выстрелов были всего лишь вероятными уничтожениями. В двух случаях мы засекли такие крупные передвижения вражеских войск, что я даже не рассматривал возможность ведения огня из винтовки. Вместо этого, я сразу же вызывал огонь артиллерии, и после того, как отмечали точное попадание в цель, сразу же отходили к роте.
Снайперы не должны были становиться в цепь, но в «Аризоне», когда нам приказывали, мы это делали. Это означало, что рота поистрепалась до такой степени, что больше не могла эффективно держать периметр. Мы сменили смертельно уставших радистов, находившихся в контакте с ночной засадой или с постом прослушивания где-то там в темноте. Мы ходили в ночные засады. В одну такую августовскую засаду, выйдя на свою назначенную позицию, мы оказались так близко от противника, что запах рыбы, составлявшей основную часть их рациона, почти ошеломил нас. По той же причине они, несомненно, узнали о нашем присутствии, потому что американцы пахли как мыло. Мы, должно быть, прошли в нескольких ярдах друг от друга, хотя обе группы людей были слишком утомлены, чтобы идти дальше.
Ночная засада — это чудище, уникальный монстр, требующий заблаговременных ритуалов. На лица, шеи и руки наносился камуфляжный крем, заряжались дробовики, проверялось и перепроверялось оружие, устранялся любой звук снаряжения. Дробовики обеспечивали основную огневую мощь в течение первых трех-пяти секунд засады, после чего в дело вступали M-16. Несмотря на то, что правильно организованная засада могла длиться всего лишь несколько секунд, обычно это означало часами сидеть ночью абсолютно тихо. С ротой мы общались, изредка нажимая один или два раза на тангенту радиостанции, чтобы сообщить ей о том, что с нами все в порядке.
За день до того, как Дейв Саттлз был ранен, в предрассветной засаде мы поймали отделение НВА. После того, как я просидел неподвижно всю ночь, я был измотан и чувствовал себя весьма хреново.
За час до рассвета сработала ловушка, когда вражеские войска начали втягиваться в зону поражения. Ночь осветили вспышки выстрелов из дробовиков и М-16. После двух вспышек стало тихо. Пустили сигнальную ракету, которая высветила на тропе три мертвых северовьетнамских солдата. Два были расстреляны выстрелами из дробовиков, а третий принял в себя почти весь магазин М-16. Мы взяли трех пленных, — двух солдат регулярной армии и медсестру. Еще от двух до четырех человек смогли скрыться в густой растительности на склоне холма, который тянулся на сотню ярдов вдоль места засады.