12 смертей Грециона Психовского
- Автор: Лукьянов Денис Геннадьевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «12 смертей Грециона Психовского». Краткое содержание книги:
Если судить по этим незамысловатым пунктам, то отпуск Грециона Психовского оказался весьма удачным. Так совпало, что профессор как раз любитель древних мистических цивилизаций, тайн и приключений на одно место, хотя, нет — на все места сразу. Единственное, что омрачило отдых — постоянное чувство дежавю… так, стойте, похоже это где-то уже было.
В погоне за фантомным видением Грециону предстоит раскрыть первопричину всякого дежавю, погладить светящихся ящериц, узнать сокрытую силу слов и познать тайну вездесущих змей.
А, и умереть целых 12 раз. Но это так, сущий пустяк.
— У нас есть Бальмедара.
Инара брела среди густых кустарников вокруг главного храма Лемурии, стараясь быть незамеченной — ветки драли платье-мантию, но девушка не обращала внимания, потому что над ней нависла куда большая проблема — она не успела поймать Вавилонского Дракона сама, позволив магам и Заххаку пленить его самостоятельно.
Девушка знала, что все эти годы дракон служил определенным целям, должен был находиться здесь по причине, от нее скрытой, но когда к власти пришел Заххак, человек, жалящий простыми словами, у Дракона появилась еще одна функция, словно в старом механизме с барахолки внезапно нашли новый режим, который до этого никто не замечал, а даже если и замечал, то считал бесполезным, или находил ему совсем другое применение. Заххак придумал свою собственную причину, почему Вавилонский Дракон не должен покидать Лемурии, а еще лучше — клетки в храмовом подвале.
И причина эта не обошлась без Духовного Пути.
Инара кралась к храму и вспоминала глаза Вавилонского Дракона — бесконечно глубокие, с бушующей внутри пустотой, заполнить которую казалось невозможным, ведь чем больше ей отдаешь, тем больше она просит — космос глаз зверя цеплял и утягивал, захватывал, не позволяя дать заднего ходу.
Инара, как и любая лемурийка, знала секрет этих глаз.
И почему-то, она сама не могла понять, почему, девушка доверилась профессору, не рожденному под знаком Змееносца — не только оттого, что тот погнался за Вавилонским Драконом, а потому, что ощущала что-то, какую-то странную связь… но не могла объяснить себе, в чем же дело.
Инара подобралась вплотную к храму и сделал глубокий вдох.
Один лемуриец, имя которого потеряно в веках, посчитал, что выдался прекрасный денек для пешей прогулки, а потому шел, насвистывая мелодию под нос, в вековечный лес — не по дремучим, неизведанным тропам, а по дороге из древних белых камней. День для прогулки выдался действительно приятным, и все бы ничего, если бы именно в такие моменты вселенная не любила подкидывать сюрпризы — а поскольку лемуриец был един для всех оттисков, то черт из табакерки ждал его во всех возможных версиях развития событий.
Густые пятна древних деревьев, постепенно смыкающиеся над головой, уже показались впереди. Мужчина жадно, с удовольствием глотал свежий воздух, но тут перед ним, выйдя прямо из леса, оказался достопочтимый алхимик Сунлинь Ван, в глазах лемурийца выглядевший вовсе не как достопочтимый алхимик, а как обычный милый старикашка — ну, мужчине хотелось верить, что старикашка милый.
Сомнения закрались в душу, когда лемуриец взглянул на пояс незнакомца — точнее, на змеиный клык, привязанный к нему, и четыре толстых, продырявленных обрубка ветки.
Мужчина инстинктивно шагнул назад. Старый китаец — вперед.
Они долго могли бы играть в эти оборотные кошки-мышки, но Сунлинь Ван оглядел громоздящийся впереди город-храм, маячащих вдалеке ездовых ящеров и маленькие пятнышки-фигурки людей. А потом достопочтимый алхимик спросил, практически как в анекдоте:
— Вы не видели барона, профессора и художника?
Каменные стены казались белоснежными, ведь солнце не уставая умывало их, окропляло своим сиянием, обнажая даже самые древние швы-морщины — оттого все внутри домишки сияло, будто бы широкое поле ясным утром, после снегопада. Ни трещины в старых камнях — маленькие и огромные, — ни корни и ветви, пробравшиеся прямо в дом, не портили картины — наоборот, придавали такого шарма, который другим местам, не настолько древним и мистическим, даже не снился.
Но так все выглядело с точки зрения случайно забредшего в домик гостя, а для Бальмедары — вполне себе обыденно. Правда, солнце действительно разыгралось. Магиня, не обращая абсолютно никакого внимания на толстые корни прямо у основания каменой стены и ружье, которое барон оставил, накрывала на каменный стол: уже раскинула фиолетовую с золотыми узорами скатерть, а теперь расставляла вазочки и фрукты, аметистовые, с костяными и золотыми ободками.
И хотя рядом не было никого, кроме дремлющих корней деревьев и вездесущего солнечного света, Бальмедара улыбалась — все той же улыбкой.
В дверях кто-то откашлялся. Иная хозяйка могла и разбить аметистовую вазу в своих руках, но магиня лишь сильнее вцепилась в нее и повернулась — в дом, конечно же, входил Грецион.
— Вы меня почти напугали, — призналась женщина. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули?
— Более чем, — признался профессор, походя к столу. — Я даже успел прогуляться по рынку.