Олимпийские игры в политике, повседневной жизни и культуре. От античности до современности

В дальнейшем выступления Нерона в цирке становятся регулярными. Тацит свидетельствует: «В Ватиканской долине было огорожено для него ристалище, на котором он мог бы править конной упряжкой в присутствии небольшого числа избранных зрителей; но вскоре он сам стал созывать туда простой народ Рима, превозносивший его похвалами, ибо чернь, падкая до развлечений, радовалась, что принцепсу свойственны те же наклонности, что и ей» (Tac. Ann. XIV.14). И в самом деле, собственной немалой популярностью в плебейской среде[111] Нерон, по-видимому, не в последнюю очередь был обязан своим публичным выступлениям в роли возницы. В 67 г. в Олимпии взбалмошный и самонадеянный император даже попытался править упряжкой в десять лошадей, но неудачно: не справившись с управлением, на всем скаку он вылетел из колесницы (Suet. 24.2). Тем не менее, благоразумные судьи поспешили присудить ему победу (loc. cit.). Эта победа оказалась одной из последних побед Нерона, действительных или мнимых: уже в 68 г. артиста на троне постиг бесславный конец. “Qualis artifex pereo”…

Увлечение той или иной беговой factio, как водится, переходило все разумные границы. По словам Плиния Младшего, римляне «благоволят к тряпке, тряпку любят, и если бы во время самих бегов в середине состязания этот цвет перенести туда, а тот сюда, то вместе с ней перейдет и страстное сочувствие, и люди сразу же забудут и тех возниц и тех лошадей, которых они издали узнавали, чьи имена выкрикивали» (Plin. Ep. IX.6.2. Пер. А. И. Доватура). Вот как М. Е. Сергеенко описывает внутренний мир римского возницы – кумира падкой на зрелища толпы: «Гордость собой, удаль и молодечество переполняют его существо; он чувствует себя выше обычных людей и выше законов, которые для них, простых смертных, обязательны. Его нравственные понятия очень невысоки: чувство товарищества ему незнакомо и недоступно; товарищ по профессии для него только соперник, у которого надо вырвать победу, и он не задумывается над средствами, с помощью которых он ее вырвет, – собственная хитрость или помощь злых сил – не все ли равно? Важно победить» (Сергеенко 2000: 239). Забегам предшествовала торжественная процессия – помпа, которая в эпоху Империи сопровождалась элементами пропаганды, прославляющими правящую династию и ее отдельных представителей: на колесницах (tensae) везли изображения обожествленных императоров, императриц и других членов императорской семьи. Так, изображение Ливии при Клавдии везли на колеснице слоны (Suet. Claud. 11.2).