Олимпийские игры в политике, повседневной жизни и культуре. От античности до современности

Чаще всего императоры были приверженцами «зеленых» (прасинов). Этой factio покровительствовали Калигула (Suet. Cal. 55.2; Dio Cass. LIX.14.6), Нерон (Suet. Ner. 22.1; Dio Cass. LXIII.6.3; Mart. XI.33; Plin. NH. XXXIII. 90), Луций Вер (SHA. Ver. IV.8; VI.2–6), Коммод (Dio Cass. LXXII.17.1) и Гелиогабал (Dio Cass. LXXIX.14.2). К примеру, о Калигуле Дион Кассий сообщает следующее: «Дело в том, что Гай был ярым приверженцем той партии на бегах, возницы которой носили одежду цвета лягушачьей кожи и которая из-за этой окраски именовалась “партией зеленых”. Страсть его к цирковым состязаниям была такова, что и по сей день то место, где он упражнялся в езде на колесницах, называют Гайяном. А одного из своих скакунов, которого он называл Инцитатом, Гай приглашал на обед, во время которого предлагал ему золотые ячменные зерна и пил за его здоровье из золотых кубков. Он также клялся жизнью и судьбой этого коня, а кроме того, даже обещал назначить его консулом. И он, без сомнения, сделал бы это, если бы прожил подольше» (Dio Cass. LIX.14.6–7. Здесь и далее цит. в пер. под ред. А. В. Махлаюка). Приверженцами «голубых» (венетов) были Вителлий (Suet. Vitell. 7.1; Dio Cass. LXV.5.1) и Каракалла (Dio Cass. LXXVII.10.1; LXXVIII.8.2). Постепенно «белые» и «красные» отошли на второй план, хотя и не исчезли вовсе, тогда как популярность и влияние «голубых» и «зеленых» приняли прямо-таки невероятные масштабы; соперничество между ними было весьма ожесточенным и порой выливалось в вооруженные столкновения.

Услуги по найму лошадей, подбору персонала и необходимого оборудования агонофетам – устроителям гонок – оказывали domini factionum, или factionarii – менеджеры, от профессионализма которых всецело зависела как техническая, так и коммерческая сторона дела. В распоряжении domini находился целый штат обслуживающего персонала, который «насчитывал в своем составе сотни людей» (Сергеенко 2000: 236). После того как Нерон увеличил количество призов, domini стали отказываться нанимать команды меньше, чем на целый день. При таких условиях содержать команды, не выигрывавшие императорские призы, стало невыгодно, и мелкие предприниматели прекратили свою деятельность в этом бизнесе. Именно domini разрешали возникавшие время от времени конфликтные ситуации. Одна из таких ситуаций возникла из-за самодурства отца Нерона, Гнея Домиция Агенобарба. Этот представитель древней аристократической семьи и, по словам Светония, «человек гнуснейший во всякую пору его жизни» (Suet. Nero. 5.1), находясь в должности претора, отказался выплачивать возницам полагавшиеся им награды[109] и уступил лишь после того, как на его самоуправство пожаловались хозяева колесниц – domini (ibid. 2). История эта имела своеобразное продолжение в период правления его беспутного и сумасбродного отпрыска: по сообщению Диона Кассия, из-за увлечения Нерона скачками возницы настолько возгордились и стали требовать себе таких неслыханных наград[110], что претор Авл Фабриций отказался приглашать их на организованные им зрелища, а вместо ристаний колесниц устроил… собачьи бега (Dio Cass. LXI. 6.2).