Оставь надежду всяк сюда входящий

— Я, гражданин майор, не пришел к вам выяснять, а пришел относительно гуманитарной помощи, потому что от нашего недопонимания друг друга положение у женщин не изменится. Вы видите жизнь по-своему, а я — по-своему, но на данный момент я прошу вас учитывать, что не прошу вас, чтобы вы что-то им давали, а наоборот, прошу вас пропустить в СИЗО то, что люди дадут.

Чудом, но как-то получилось убедить его принять гуманитарную помощь, но как потом все выяснилось, это был очередной обман. Не ищите святое там, где его нет.

Я обратился к своим друзьям, знакомым касательно беременных женщин, детей, и как ни странно, но обычные люди, которые о местах лишения свободы практически ничего не знали, все с таким пониманием отнеслись, что я был просто удивлен и поражен! Собрали деньги, купили целую машину «Газель» продуктов, вещей детских, при этом в самые короткие сроки. Буквально через неделю уже машина заехала в Лукья-новское СИЗО и разгрузилась. «Ну, теперь хоть что-то будет у них», — думал я. Уже овощи, фрукты и что-то приготовить можно, а разнообразие в их случае просто необходимо.

Но мне удалось узнать потом, что оказывается, ни маленькие дети, ни беременные женщины ничего этого не получили. Оказалось, что всю гуманитарную помощь занесли в столовую, где питались работники СИЗО и им же ее продали. Вы можете представить мое состояние? Я не мог просто не то, что простить это, я не мог даже разговаривать с теми людьми, которые с такой любовью собрали все это. Каким же это нужно быть негодяем, чтобы украсть у детей?! И этот негодяй еще и представитель власти?!

Конечно, я пошел выяснять, где все это делось, но в ответ мне отвечали, что все, что вы передавали, дошло по назначению. Другими словами, дискуссия была ни о чем, меня не отведут в камеру к женщинам, для того, чтобы я в их присутствии спросил, что им дали, а что забрали. Да еще и не факт, что сами женщины что-то скажут, потому что они — люди подневольные, а значит, могут возникнуть проблемы в виде обысков.

Я, конечно, начал обращаться в прокуратуру, к Уполномоченному по правам человека. Но искать виноватого среди виновных — это глупо, как всегда ответ прокуратуры лишь один: нарушений не установлено.

Естественно, все это вызвало очередное недовольство у администрации СИЗО, и я получил очередную плату. Раздался стук в дверь, прозвучала моя фамилия «без вещей на выход», и через час я уже находился в карцере, не помню, за что.