Хамелеонша [1 часть первой книги]

Я устроилась поудобнее. Всегда обожала смотреть на него во время тренировки, прямо-таки часами могла, как на горящее пламя — завораживает и не надоедает. Наверное, потому что в эти мгновения он растворялся в гармонии с собой. Уходила нервозность, напряжение, в отрешенном взгляде — умиротворение, словно тело двигалось само по себе, без подсказки разума. Это был его способ «уйти в себя».

Нечто подобное со мной случалось только во время превращения. Нет, не после него — ощущать себя в чужом теле и мучиться потом от отдачи я ненавидела, — а в краткие мгновения мучительного перерождения. В какой-то момент время останавливается, и ты уже не ты, а нечто большее, не связанное законами этого мира, вообще никакими законами. Неразрывно сопряженное с болью, превращение дарило радость очищения, гибели и возрождения, пьянящей свободы. Когда собственная оболочка уже содрана, а чужая ещё не наросла, я словно бы познаю свою истинную глубинную сущность, соприкасаюсь с чем-то древним и исконным внутри себя, открываю себя заново. Слышу шепот далеких предков в крови и незнакомцев, с которыми никогда не встречусь, но чьи души для меня как на ладони. Становлюсь подлинной собой и всеми людьми одновременно, разрываюсь от их эмоций и делюсь своими. Мне ведомо то, что творится в каждом уголке земли — абсолютное знание, ускользающее с последним спазмом, как предрассветный сон.

Людо никогда не познать этой радости, не примириться с собой через перерождение, и поэтому мне больно за нас двоих.

Меч — его единственный способ сообщения с предками, с родовой памятью. Все мужчины в роду Морхольтов — воины.