Страсть умеет лгать
- Автор: Арьяр Ирмата
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Городское фэнтези
Электронная книга - «Страсть умеет лгать». Краткое содержание книги:
Мальчик с радостью подставил кудрявую голову. Глаза его так возбужденно блестели, что он и в пасть акуле сунулся бы. Ассистент Тамара нахлобучила аксессуар, подтянула ремешки, повертела голову мальчика за подбородок и опустила на глаза Димы массивную панель-очки, на ней сразу же засветились символы, и девушка пробежалась по ним пальцами, настраивая прибор. Потом подняла его и подмигнула:
— Готово!
— Спасибо! — поклонился наш вежливый ангелочек.
— Располагайтесь, — Михаил показал на свободные кресла.
Я села в ближайшее, Дима устроился рядом. Михаил подождал, когда ассистент наденет на нас шлемы, закрепит широкие и совершенно невесомые, как будто они сделаны из воздуха, браслеты на руках и ногах и отрегулирует оборудование, потом сел так, чтобы мальчик оказался между нами. Проинструктировал напоследок:
— Дима, помни, что бы ты ни увидел, это не по-настоящему. Тебе прокрутят несколько фрагментов. Если захочешь посмотреть сцену подробнее, скажи “Стой”. Если захочешь посмотреть следующий вариант, скажи “Дальше”. Если захочешь совсем остановить кино, скажи: “Стоп”. Можешь говорить мысленно, датчики уловят сигнал. Всё понятно?
— Да, — шепнул Дима, и ассистент опустила на его лицо щиток.
Потом Тамара подошла ко мне, на глаза надвинулся прибор, оказавшийся совершенно прозрачным изнутри и даже не ощущался на глазах, собственно, как и сам шлем. Скосив глаза, я могла увидеть и свои, и Димины руки, лежавшие на мягких подлокотниках кресла.
Встав перед нами, ассистент с улыбкой начала отсчет: “Один, два, три…”
На счет “семь” зал перед глазами исчез…
… и я увидела лето — двор нашей облупленной пятиэтажки с высокими березами, тополями, белым пухом, запутавшимся в траве и вечно разрытой канавой. Такая привычная картина. В нашем дворе каждое лето раскапывали и ремонтировали трубу отопления.
Но что было совсем необычным — по двору бегал светловолосый ангелочек, наш Димусик, бегал на своих здоровых ножках и оглушительно смеялся.
“Стой!” — коснулся слуха потусторонний, задыхающийся от счастья шепот маленького зрителя.
И сцена развертывается, охватывая больше пространства и подробностей. На лавочке у подъезда сидит бабушка Анна и читала толстую, как “Война и мир”, книгу.
— Ба, смотри, я охотник!
— Да-да, вижу, Митенька. В канаву не свались, ножки сломаешь, — Анна Афанасьевна, не отрывая взгляда от книги, переворачивает страницу.
— Мяу! — пищит в кустах, и Митенька кидается на звук со всех ног.
— Ба, смотри, котик!
— Не трогай, у него глисты и блохи!
Но мальчик уже тащит из зарослей маленький серый комочек. Котенок извивается и отчаянно верещит, — так сильно его сжимают крепкие и загорелые руки хохочущего мальчика. Извернувшись, котенок цапает его за палец. На коже проступает капелька крови, а лицо ангелочка искажается невероятной злобой.
— Аааа! Он меня укусил! — орет Митенька.
— Брось каку! — подскакивает Анна Афанасьевна и роняет книгу.
Малыш бежит к наполненной водой канаве и с размаху швыряет несчастное животное в наполненный водой ров.
“Дальше! Не хочу это смотреть! Плохое кино! Дальше!” — закричал рядом Дима, который всегда трепетно относился к любому зверьку.
Но дальше следует череда однообразных и таких знакомых картинок: Дима на коляске, Дима, ковыляющий по квартире, Дима с книжкой за столом, заставленным коробочками и баночками лекарств… Дима с мертвенно бледным, осунувшимся лицом и закрытыми глазами и… я, рыдающая у его постели.
И я понимаю, что если не остановить это страшное кино, то следующей сценой будет крест на маленькой могиле. И уже настоящие слезы наворачиваются на глаза, размывая картинку.
“Дальше, дальше, дальше!” — непрерывно шепчет детский голос в голове, и в нем уже чувствуются нотки отчаяния.
Высокий, стройный и сказочно красивый блондин в безукоризненно сидящем дорогом костюме выходит из такси и идет по улице.
Ему, наверное, столько же лет, сколько мне сейчас, и его черты лица отдаленно напоминают моего племянника. Вот только выглядит он так, словно никогда не страдал никакими болезнями, тем более, врожденнымию Сильное, тренированное тело, отточенные движения, легкая походка и на лице — непередаваемое выражение довольства жизнью и миром.
— Митя! — окликает его женский голос. — Митенька!
Молодой мужчина поворачивается, за его взглядом следует невидимая камера, отъезжает и показывает сцену немного сверху, слегка раскачиваясь, так, словно камера вмонтирована в глаз сидящей на ветке птицы.