Тайна двойного убийства
- Автор: Арестова Любовь Львовна
- Год: 1995
- Язык: русский
- Год: Квадрат
- ISBN: 5-8498-0081-6
- Жанр: Криминальные детективы
Электронная книга - «Тайна двойного убийства». Краткое содержание книги:
Работала следователем прокуратуры, судьей.
Живет в Москве.
Автор многочисленных детективных повестей и рассказов: Поиск в тайге, Последняя улика, По факту исчезновения, Случай на реке, Приговор исполнению не подлежит и др.
Многие произведения издавались за рубежом.
Слонимский между тем встал, слегка пошатнувшись, подошел к двери — всего-то пять шагов, не больше. Постоял, прислушиваясь, покачал головой, направился к окну, выглянул. Словно кто-то мог быть за окном кабинета — это на третьем-то этаже!
Капитан с удивлением наблюдал за странными действиями юриста, а тот склонил лицо прямо к уху розыскника. Трагический шепот сменился многозначительным:
— Тайна Ириной смерти здесь! — его опять чуть бросило в сторону, он будто отпрянул и ткнул указательным пальцем в поддыховский стол: — Тут, тут! Узнайте о том, что произошло в "Красоте”. Узнайте, узнайте… Все станет на свои места…
Слонимский уже не обращался к собеседнику, говорил как с собой: тихо, с придыханием, задумчиво и печально:
— Я пытался, не удалось. Никому не удалось… Зачем? Кому мешала Ира? Почему? Получите ответы на эти вопросы. Я вам открою свои подозрения: совещание… Странное совещание… Накануне… Собственно, ничего странного на первый взгляд. Но только на первый.
Ермаков подавил желание задать вопрос. Почти бессвязная речь юриста, он чувствовал, имела какой-то смысл, какое-то второе значение. Может быть, сам он пытался понять, проанализировать случившееся и действительно не имел отношения к страшным событиям? Ну, пусть порассуждает, послушаем, поразмыслим. Вопросы не уйдут.
— Кто стоял за ним? Гусенков — пешка. Скареда и трус. Змей? Тупорылый боевик… Кто? А-а-а! — Слонимский вдруг застонал, прижал ладони ко рту, плюхнулся в кресло и крикнул: — Не был, не был я у Иры, не был!
Истерический этот крик изменил планы капитана, и он выложил свой козырь:
— Вас видели там. В этот вечер видели, в последний, трагический.
— Кто? Кто видел? — перебил розыскника Слонимский, и Ермаков засмеялся:
— Ну, Евгений Васильевич! Мы же юристы! Неужели вам повторять банальную истину: вопросы задаю я?
— Простите, простите, — Слонимский снова перешел на трагический шепот, и его поднятое лицо испугало капитана: стало вдруг асимметричным, странно неподвижным и бледным.
— Вам плохо? — едва не опрокинув тяжелый подды-ховский стул, Ермаков выскочил из-за стола, больно задев бедром острый угол, чертыхнулся, и опущенные на плечи допрашиваемого руки ощутили крупную дрожь, сотрясавшую тело Слонимского.
— Нет-нет, — с трудом разлепились Жекины губы, — это пройдет. Воды мне, воды, — и медленно начал заваливаться на бок…
Снова Поддыхов
Разговаривать с ним стало легче. Председатель, капитан это чувствовал, убрал колючки, отвечал ровнее и подробнее, хотя начал с того же, чем кончил предыдущую беседу.
— Ну, точно. Похоже, мне первая палка, и пока единственная.
Он кивнул на дверь, недавно закрывшуюся за носилками с бумажно-белым Слонимским.
— Вы ему серьезное что-то предъявили? С чего он скопытился?
Ермаков лишь развел руками:
— Да мы и поговорить толком не успели. Так, крохи кой-какие. Придется, Роман Григорьевич, вам все же со мной пооткровенничать.
Ну что сказал Поддыхов? Кооператив "Красота” еще и года своего рождения не справил. Действовал при обувной фабрике вполне законно и официально. Задачи ставил перед собой простые, но обоюдно выгодные: фабричный брак кооператоры пускали на фурнитуру и отделку: ремешки, бантики, полоски брала не только фабрика, завязывались контакты на стороне, расширялись деловые знакомства. Поддыхов ничего этого не скрывал, да и чего было таить, все шло путем.
Ермаков слушал председателя, не перебивая, хотя все это вроде бы не имело отношения к таинственной смерти. Но утренний разговор с Антоном Волной, старшим уполномоченным ОБХСС, да и привычка не чураться мелочей, которые потом — кто знает? — могут стать главными, делали капитана терпеливым слушателем. Время шло, а капитан сделал для себя лишь несколько отметок, требующих, на его взгляд, внимания.
Почему Поддыхов, охотно и подробно рассказывая о кооператорских делах, старательно обходил все трудности своего предприятия? Что, так гладко шли дела в "Красоте”? Так-таки никаких проблем? Хотя бы за последние дни? А что так взволновало Слонимского? До сердечного приступа.
Антон говорил, что и Росина замкнулась, едва он спросил о делах. Необычно замкнулась, иначе Антон, неплохой психолог, не обратил бы на это внимания.