Ребус [litres]

– Госпожа, – позвал помощник машиниста, – это опасно. И скоро тоннель. И к тому же вас может стошнить.

– Меня уже тошнит, – рявкнула Андра. – Не могли бы удалиться? Мне нужно пространство.

Сотрудники экипажа переглянулись и ретировались. Проводник, однако, остался неподалеку, наблюдая, чтобы Андра не свалилась с поезда. Отчалив вечером, поезд планировал ехать всю ночь с остановкой в одном из центров Окружних земель. Андра сначала думала отменить остановку особой министерской визой, однако вдруг поняла, что это всемирная некорректность – вдруг у кого-то в Окружних землях тоже друзья попали в беду. Она доедет до остановки «Столица, Технический Циркуляр» ровно во столько, во сколько запланировано по графику поезда.

Гористая местность кончилась, и поезд ехал по холмам, становящимся все более плоскими. Он уже начал притормаживать, приближаясь к промежуточной станции, когда к Андре снова прилетел стриж. Красивым почерком с завитушками посольский сотрудник Ирм Леэ как ни в чем не бывало приглашал к себе на успокоительную настойку госпожу Андру Рею по адресу Зеленый Циркуляр, радиус имени Тридцатилетия Союза, Коричневая казарма Министерства внешних сношений, этаж первый, квартира номер восемь.

Когда поезд отъехал от промежуточной станции, Андра вдруг поняла, что жутко устала. Проводник предложил ей папиросу, она отказалась. Реа попросила разбудить ее за полчаса до прибытия в столицу. Журналисты вышли на промежуточной станции, и в купе остались лишь Андра и запах дешевого алкоголя от пресс-попойки. Она калачиком свернулась на трех сидячих местах и провалилась в постукивание поезда. Поезд стучал размеренно, а мимо проносились фонари, чередуясь с тенями, стегали ее по закрытым глазам, поезд стучал как молоток аукциониста, а вокруг плясали мракобесы с фонарями в руках.

– За долги семейства Реэ Андра, старшая дочь, приговаривается к Чистому зачатию, – говорил аукционист, на нем была маска солдата Песчаного Освобождения.

Сектанты с фонарями медленно приближались к ней, а она стояла, хватая ртом воздух, и ничего не могла поделать. За спиной у аукциониста загорелся яркий свет, и Андра увидела, что это огонь. На аукционисте сгорала и облетала пепельными хлопьями одежда, показалось белое, гибкое и жилистое тело. Черные кудри на его голове загорелись, сам Ребус загорелся, он расставил руки, он горел с наслаждением.

– Пора, пора, – гудели сектанты, приближаясь к ней с фонарями. Сектанты хватали ее за руки и трясли. – Пора, пора.