Изобретая чудеса (СИ)
- Автор: Жен Станислав
- Язык: русский
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Изобретая чудеса (СИ)». Краткое содержание книги:
— Мне льстит ваша доброта, Михаил Андреевич, — улыбнулась Лара, — но думаю, что располагаю временем дождаться своего транспорта.
Бывают такие люди, которые не нравятся просто так. Милорадовича Лара любила, когда училась в школе: она сострадала его трагической судьбе, тогда он казался рыцарем на белом коне. Но вот, столкнувшись впервые на каком-то приеме усмотрела в нем неуловимую подлость. Что-то в чертах его Лару насторожило и оттолкнуло. Возможно надменность его обращения, а может и то желание власти, которое выражалось повелительностью тона. В любом случае, Лариса Константиновна его не любила.
— Я все же настаиваю, не стоит обижать старика. — Отозвался он тоном человека давно все решившего.
— Если настаиваете. — Вновь натянуто улыбнулась Лара и проследовала за ним.
Она согласилась не из уважения, а от любопытства. Ему явно было что сказать, а оттого проехать пять минут вместе с ним — сродни просмотру паблика со сплетнями.
Лара выпрямила спину, всеми силами подчеркивая свое достоинство. Она внимательно всматривалась в парадоксально приятное лицо уже не молодого мужчины.
— Я имел удовольствие видеть выступление Кирилла Ворина, — заговорил, наконец, генерал, — он ведь ваш протеже, Лариса Константиновна?
— Вы верно осведомлены, Кирилла ждет большое будущее.
— Слышал, он ваш крепостной?
— Неверно слышали, — покачала головой Лара, — он мой добрый друг и весьма вольный молодой человек.
— Понимаю, с вашими покровителями, вы бы и всей деревне вольную дали…
— Боюсь, я едва ли улавливаю, о чем мы сейчас начали диалог, едва ли вас волнует то, как я даю вольные без земли. — Лара говорила спокойно, но взгляд ее стал холодным и недружественным.
— Я вовсе не ссориться вас позвал, милейшая Лариса Константиновна. — Голос его внезапно сменился на ласковый.
— В таком случае, могу предположить, что в первую очередь вы беспокоились о том, что я замерзну в ожидании лошадей? — Она приподняла бровь.
— Я знаю, что вы предпочитаете говорить прямо, — сдался Милорадович, — в таком случае позвольте попросить об одолжении.
— Чем же я могу помочь вам, Михаил Андреевич? — Искренне поразилась девушка.
— Вы, я полагаю, знаете некоторые подробности происходящего во дворце?
— Какого рода подробности? — Лара подалась вперед и игриво приподняла бровь.
— Не нужно кокетничать! Сам не ожидал, что буду вынужден просить вашей поддержки, но дело деликатное и я бы хотел обзавестись большим числом союзников…
— А что же, штыков гвардейцев вам уже не достаточно? — Фыркнула графиня, поняв, что ей пытаются сказать.
— Лариса Константиновна, вы ведь не глупы. Помогите мне, а я в долгу не останусь. — Заискивающе говорил он, но в тоне его звучали отголоски угрозы.
— Не нужно давать обещаний, которые не в силах сдержать. — Лара посмотрела за окно и поняла, что домой ее везут вовсе не короткой дорогой. — Лучше ответьте мне, зачем вам это нужно? Есть ведь высочайшая воля, к чему затевать весь этот балаган?
Михаил Андреевич буравил ее уставшим взглядом, пытаясь уловить насколько много она уже знает и сколько еще ей стоит поведать.
— Я объясню вам лишь с тем, чтобы и вы объяснили это великому князю при вашей следующей личной встрече. — Он доверительно наклонил голову. — Поймите, в России престол не переходит по бумаге, должен быть порядок…
На слове «порядок» Лара издала сдавленны смешок, припоминая все дворцовые перевороты последнего столетия.
— Не нужно ерничать. — Отрезал офицер. — Можете ли вы поверить, что кто-то в здравом уме согласится отдать престол добровольно?
— Я никогда не бывала в ситуации, когда мне приходилось бы делать столь сложный выбор. — Лариса Константиновна скрестила руки на груди.
— А вы на досуге подумайте над этой гипотетической ситуацией. — Продолжил гипнотизировать ее Милорадович. — В любом случае, нам следует выждать официального отречения старшего из братьев, чтобы в дальнейшем младший законно взошел на престол. Вот в это люди смогут поверить.
Лара серьезно смотрела на генерал-губернатора, настолько долго, что он усомнился в верности своего решения поведать ей о своих мотивах. Но Лара спросила прямо:
— Чего же вы от меня хотите?
— Проследите за тем, чтобы в нужный момент младший брат не совершил глупости. — Заметив ироничную ухмылку на лице собеседницы, он добавил: — поверьте мнению друга, — он прищурился, — влияние таких, как вы, сложно преувеличить.
Лара понимающе закивала, чем успокоила офицера, он уже хотел поблагодарить ее за содействие. Однако графиня внезапно улыбнулась и громким шепотом спросила:
— Я только одного не понимаю, а что вы будете делать, ежели старший из братьев не проявит ответственности и не подпишет отречения?
Милорадович замер от неожиданности, но быстро нашелся:
— В таком случае, у нас будет брат, которого поддерживает народ и любит армия…
— Нет, — покачала головой Лара, — вы меня неверно поняли, что вы будете делать, если старший из братьев бросит народ и не подпишет бумаги. Что, если вы тревожитесь о неразумности не того члена семьи? — Экипаж остановился, а Лара изменила тон и изобразила все дружелюбие, на которое была способна: — а впрочем, мы же с вами только гипотезы строим! Благодарю за приятную компанию, Михаил Андреевич, доброй ночи.
Лариса Константиновна поспешила покинуть замкнутое пространство, оставив мужчину в неожиданных раздумьях.
========== Возможная жизнь ==========
Лариса Константиновна не любила службы, но исправно посещала те, что устраивались в Зимнем дворце. Во время искренней молитвы о здравии императора Александра, Лара внезапно заплакала. Слезы сами катились из-под ресниц: ей показалось, что Бога нет. И чувство безысходности овладело ею. Если бы Бог был, он наверняка услышал бы молитвы всех этих людей, взывавших к его милосердию. Лара точно внезапно осталась одна.
В религии она видела единство с семьей, оставшейся где-то далеко впереди, но если нет веры, то нет и связи с семьей и надежды на возвращение. Она редко задумывалась о том, что ей уже никогда не вернуться назад. Девушка старательно избегала мысли о скорби ее матери, отца, которые и представить не могут, что стряслось с их дочерью. Стоя среди нарядных придворных, она плакала не об императоре, а о себе.
Но слезы эти обратили на себя внимание двоих. Разумеется, их заметил Николай, который украдкой поглядывал на возлюбленную. Он видел, как она заплакала и, не перенося женских слез, захотел оказаться рядом с ней, ему льстило такое участливое внимание графини. Этот же секундный порыв сентиментальности не остался без внимания Трубецкого, пришедшего чуть позже.
Он также крепко не любил службы, как и самого императора. Оттого, с ленивым желанием исполнить формальный ритуал, блуждал взглядом по лицам собравшихся. Из прочих дам он выцепил образ Ларисы Константиновны и обомлел: как-то раз летом, кажется, когда все они собрались в Рождествено, граф Булгари рассказывал о его первой встрече с Вовк. Тогда ему этот разговор показался бредом, едва ли Сергей Петрович мог представить чистый и молящий взгляд графини, устремленный сквозь своды церкви, к небу. Тогда князь не поверил, что его приятельница способна веровать во что-либо кроме себя и денег. В его глазах графиня являлась самоотвереженной атеисткой, которая ради дружбы с Каташей ездила в храмы. Но вот, видя ее слезы, князь в очередной раз подумал об искренности знакомой. Может ли так плакать во время молитвы дурной человек?
Все смешалось при страшном объявлении смерти императора. Эту странную весть произнес вслух Николай Павлович. Известие это прозвучало внезапно, прервав череду молитвы о здравии, сменив ее торжественной панихидой. Трубецкой нашел забавным и ироничным, что новость о смерти случилась именно во время молитвы о здравие. Воспользовавшись смятением толпы, он приблизился к Ларисе Константиновне и успел подставить ей плечо: девушка пошатнулась, будто каждый звук, разносившийся по часовне пронзал ее сердце. Дурно стало и вдовствующей императрице. Однако Лариса Константиновна болезненно посмотрела на Трубецкого и, точно знала более самого князя, сказала: