Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

«Mercure français» — первые периодические обзоры текущих событий во Франции — носят ярко выраженный официальный характер. С этой точки зрения многие содержащиеся в них сведения представляют значительный интерес, поскольку они находили себе место в издании, ставившем своей основной целью обработку общественного мнения в духе «королевской партии». В них напечатано много документов (манифесты, декларации, договоры и т. д.).

Большое значение для экономической истории Франции 1610-х годов имеет трактат по политической экономии Монкретьена, впервые опубликованный в 1615 г.[27] Помимо того, что в нем содержится множество ценнейших сведений о состоянии французской торговли, промышленности и колонизации, главный его интерес заключается в том, что большинство данных относится именно к исследуемому нами периоду 1610–1615 гг. и очень точно характеризует причины упадка французской экономики в эти годы. Труд Монкретьена важен и для истории французского меркантилизма в целом.

Для начала XVII в. существуют подробные и довольно точные мемуары современников, хорошо осведомленных в политической жизни: мемуары государственного секретаря Поншартрена, гвардейского офицера Фонтене-Марейля, Ришелье и многих других лиц, участников или свидетелей описываемых ими событий. Весь этот материал в сочетании с донесениями иностранных резидентов дает огромное количество фактов, ко по своему типу он чрезвычайно однороден. Мемуары и донесения послов фиксируют преимущественно события придворной и дипломатической жизни, уделяя также много места борьбе феодальной аристократии с королевской властью. Необходимо подчеркнуть, что в этих источниках рассеяно много и других данных, характеризующих социально-экономические процессы, происходившие тогда во Франции. Но они никак авторами не систематизированы и не объяснены. Эти моменты составляли для мемуаристов ткань их социального бытия и не нуждались в комментариях. Они были вполне понятны и для читателей-современников, живших в той же социально-экономической обстановке, что и авторы мемуаров и донесений; они ясны и историку, изучившему в должной мере эту обстановку по другим источникам. Без такого рода знаний эти данные остаются туманными намеками, смысл которых трудно (зачастую невозможно) раскрыть, исходя только ив текста самих же мемуаров или донесений. Источниковедческая интерпретация мемуаров и донесений должна опираться на знание эпохи, полученное в результате изучения разнообразнейшего документального материала, освещающего социально-экономические отношения. Такой подход к мемуарам и донесениям дает возможность использовать их плодотворным образом и обнаружить в них ценные сведения.

На первое место следует поставить мемуары Ришелье.[28] В течение многих лет французские историки вели дебаты по вопросу об авторе этих мемуаров. Ряд исследователей (Бертран, Батифоль) отрицал авторство Ришелье, другие защищали противоположную точку зрения. В 1923 г. Озе определил результаты полемики следующим образом: «Мемуары. Ришелье не являются ни подложными (apocryphes), ни подлинными (authentiques). Это не мемуары в нашем смысле слова, но нечто вроде апологии Ришелье, составленной при помощи подлинных документов по его приказанию и под его наблюдением, а частично и при его прямом и личном участии».[29] Эта формулировка правильно определяет характер источника. Но из нее не было сделано дальнейших выводов, и французские историки не предприняли попыток оценить «Мемуары» Ришелье в качестве исторического источника, т. е. выяснить их достоверность. Богатый документальный материал периода первого министерства Ришелье позволил произвести критическую проверку текста мемуаров за 1616–1617 гг.,[30] давшую следующие результаты.