![Последний подарок Потемкина [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/1/6/5/4/poslednij-podarok-potemkina-litres-download.jpg)
Последний подарок Потемкина [litres]
- Автор: Черноморский Аркадий
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Литагент
- ISBN: 978-5-00170-422-5
- Жанр: Мистика
Электронная книга - «Последний подарок Потемкина [litres]». Краткое содержание книги:
Многоплановая панорама позволяет читателю пообщаться с историческими персонажами того времени: княгиней Дашковой, поэтом Державиным, атаманом Головатым, надворным советником Цейтлиным, а также с таинственной ижорской колдуньей-нойдой и загадочной левреткой императрицы – Изидой. И, конечно же, со светлейшим князем Потёмкиным-Таврическим, оставившим после себя столько деяний и легенд…
Остросюжетный роман предназначен для широкого круга читателей, интересующихся историей, мистикой, религией и искусством.
Через три месяца, в конце августа, Эсфирь родила здорового младенца мужского пола. К тому времени Светлейший со всей свитой перекочевал в Крым, ибо готовился к запуску Таврического монетного двора в Феодосии.
Мысли о модернизации монетного двора в Бахчисарае, чеканившего медные монеты европейского качества, бродили в его голове уже давно. Настал наконец момент, когда появились и ресурсы, и время. Во главе всего проекта встал Цейтлин. Он и предложил чеканить монету на европейский манер – из меди с примесью серебра. Оборудование закупили в Швейцарии. Выбрали Феодосию – бывшую Каффу – морской порт, где уже имелся старинный полуразрушенный монетный двор, созданный ещё генуэзцами.
Встал вопрос, что, собственно говоря, делать с новорожденным – обрезать или крестить?
Светлейший и на этот раз оправдал свое заслуженное амплуа первейшего оригинала Империи.
– И то, и то, – решил он, не обращая внимания на тихий протест Цейтлина и ужас несчастной Фирки. – Ибо младенец сей есть естественный продукт соития иудейки и христианина. Во всяком случае, человека, полагавшего себя таковым, – обосновал он свой вердикт.
Там, где хребтом Тепе-Оба завершается главная гряда крымских гор, врубается каменным топором в голубой Феодосийский залив мыс Святого Ильи. Здесь, на развалинах древней греческой церкви, вблизи старых скифских курганов, Светлейший и решил провести нетрадиционную церемонию наречения, крещения и обрезания младенца.
Был призван газзан Ха-гадоль, или старший священник из древнего караимского рода Кырков. Он был газзан местной феодосийской кенассы – одной из древнейших караимских синагог в мире. Газзан был позван ввиду отсутствия и как эквивалент ашкеназийского раввина. А также как «специалист со стажем» по обрезанию младенцев.
– Иудей есть иудей, – рассуждал Светлейший. Но был в этом не совсем прав. Да и газзан Кырк с рабаем Цейтлиным концепт этот абсолютно не разделяли. Наоборот. Вот уже больше двух тысяч лет они считали себя созданиями Божьими совсем разной породы. Пройдет ещё полтора века, и этот вопрос будет разрешен.
Окончательную ясность в него внесут немецкие оккупационные власти в Крыму…
Ибо им будет дана соответствующая инструкция из Берлина. Инструкция, гласящая, что караимы не являются евреями в расовом отношении, исходя из результатов скрупулезного анализа «расовых, биологических и других характеристик караимского этноса», проведенного по заказу министерства внутренних дел Третьего рейха. А посему «еврееподобных» караимов не трогать, остальных же крымских евреев – в лагеря.
Заказ министерства выполнили уже находящиеся в гетто всемирно известные ученые-гебраисты, кстати, ашкеназийцы. И, похоже, тем самым спасли крымских караимов от массовой ликвидации. По завершении заказа министерства сами эксперты были транспортированы в лагеря для последующего планового уничтожения.
Ответ на вопрос, были ли результаты их анализа следствием беспристрастного научного подхода или простым актом милосердия, ашкеназийские ученые-гебраисты навсегда унесли с собой, в бледно-голубое небо восточной Европы. Жирным черным дымом лагерных печей…
Для крещения был позван отец Константин из Феодосийской греческой церкви Введения во храм Пресвятой Богородицы, в простонародье прозванной просто Введенской.
Разномастные служители культа с недоверием поглядывали друг на друга, явно не одобряя межконфессиональные эксперименты Светлейшего. Но сказать ничего не смели. Сам же князь чувствовал себя в ударе и был чрезвычайно доволен своей выдумкой. Подняв прошедшего через все неприятные процедуры плечистого мокрого младенца высоко в воздух, он, как античный жрец одному лишь ему известной религии, торжественно провозгласил:
– Здесь, среди древних эллинских руин, на пороге будущей Русской Тавриды, на берегу древнего Понта Эвксинского, в будущей стране Гармоничной и Беззаботной жизни, я нарекаю тебя Аркадием. Что по-эллински значит – житель этой счастливой страны – Аркадии. «Et in Arcadia ego», – добавил он, – как говорили латиняне. – И перевел: – Ну, вот я и в Аркадии. – На всякий случай, для окружающих… Потом поцеловал младенца и добавил: – Ну, вот ты и в Аркадии, крестник!
Все участники сей странной церемонии задумчиво молчали. Фирка, с разбухшей от молока грудью, особенно огромной на ее тощем теле, с тоской взирала на маленький серебряный крестик на младенческой груди. Цейтлин хмурился. Газзан напряженно смотрел на родные горы. А отец Константин с преувеличенным вниманием изучал старинной работы святцы в переплете из красной кожи с медными застежками.